Полнолуние

 – Вы не отпустите меня? Тогда, что же, снова в подземелье?

 – О нет, тюрьма малоподходящее место для матери чудовища. Он давно мог сбежать, но не делал этого, защищая плод в твоём чреве. Ценой жизни он дал начало своему отпрыску, что теперь продолжит род. Возможно, время его было на исходе и этим единственное, чем можно объяснить странное нам поведение, – печально ответил старик и лица смотревших на неё мужчин посуровели, а сердце девчонки тревожно забилось в нехорошем предчувствии.

 – Вы думаете, я понесла от него?! – спросила она, пятясь от бургомистра. – Уверяю, это не так! Какую же судьбу Вы уготовили мне?

 – Упокойся с миром, – смиренно ответил управитель Полония, кивнув воину, стоявшему за спиной Сандры и тот коротким ударом кинжала, пронзил её сердце.

    Тьма нахлынула на неё внезапно, появившись за вспышкой боли, подобной блеску молнии и затихающим раскатом грома слышался стук копыт уезжающих рыцарей, уходивших к городу солдат, скрип подвод, увозящих раненых и убитых.

Принц Крови

    Тьма, внезапно нахлынувшая на неё, медленно отступала, неохотно освобождая из цепких объятий. Пение лесных птиц говорило о том, что был день. Тот самый или уже другой Сандра не знала, что-то закрывало глаза, и сковывало тело, и с трудом она не сразу, но всё же сумела разорвать ткань окровавленной попоны, в которую завернули её, поражаясь неожиданной силе рук.

    Рана под лопаткой не столько болела, сколько чесалась, как бывает при заживании; дотянувшись до неё, девушка нащупала лишь небольшой рубец. Что делать дальше она не представляла, как не ведала, сожгут ли её тело, предадут погребению или так и оставят в яру. Враги считали Сандру мёртвой, и это было единственным хорошим обстоятельством – узницу больше не станут искать.

    Самым простым толкованием случившегося было то, что воин не попал в сердце и клинок прошёл рядом, не задев жизненно важных органов. Она впала в глубокий обморок, и это сбило с толка бургомистра, принявшего её за покойницу. О том, что есть другой вариант, девчонка боялась даже думать, утешая себя таким объяснением.