Я не местный. Книга первая. Плач младенца

Постепенно небесный свод стал затухать, темнота еще окутывала пространство, но на каком-то интуитивном уровне становилось понятно, что приближается рассвет. Очнувшись, от картины звездного неба, я вошёл в новое земное бытие, и оно мне не понравилось.

Стали слышны звуки предутреннего леса, щебетание просыпающихся птах, какие-то шорохи лесного зверья, послышалось где-то далеко, хруст ломаемых веток. Мне вдруг представилось как меня сейчас сожрет какой ни будь лесной хищник, страх беспомощности проник в сознание, и я заорал, нет даже не заорал, а заголосил, так как членораздельное что-то сказать у меня не получалось.

Затем послышался скрип, открываемой двери, и в предрассветных сумерках, какое-то бородатое чудо, само не очень четко различимое, наклонилось на домной, пытаясь видно рассмотреть, что там так орет, потом, это чуда, подхватило то в чем я находился и куда то меня потащило

Его кряхтение и сопение по чему-то меня успокоило, и я перестал орать.

Движение было нестабильным, до семенив до крыльца, мой носильщик, опустил корзину, на ступеньки, затем малость отдышавшись, вновь ее подхватил, и начал подъем. Поднявшись на крыльцо, перед входной дверью, вновь ее опустил, открыл входную дверь, перетащил через порог корзину, вновь поставил на пол, затем закрыл дверь, вновь поднял корзину и пошаркал по коридору.

Это чудо в конце концов приволокло корзину и меня в ней, в какое-то помещение, не слишком освещенное, с запахами ладана и восковых свечей, где нарисовался еще один персонаж, дородная тетка в монашеском облачении, она грозно и не довольно с начало выговорила, принесшему меня мужичку, затем они еще о чем-то говорили, но я ничего не понимал, разбирая лишь отдельные слова, но не въезжая в смысл сказанного.

Затем, мужичек куда-то у семенил, через некоторое время, заявилась какая то тощая тетка, и переговорив с той первой теткой, утащила меня уже в другое помещение, где пошла целая череда теток в монашеском облачении.

По началу, они с интересом меня разглядывали, затем вытащили меня из корзинки, стали передавать меня с рук на руки, при этом мило так у сюсюкая, наконец уложив меня на кровать, распеленали, обмыли, запеленали уже в чистое. Затем наконец накормили каким-то молоком, из маленькой глиняной посудине вроде маленького кувшинчика, обмотанного сверху тряпицей в виде соски. В итоге я просто утомился и тихо уснул.