Знамена из Пепла

Даемара не предупреждала, как вести себя с чародеем и он решил, что лучшей тактикой будет рассказать ему правду.

— Я узнал о вас не от шайта… шар… тьфу! Катмэ, вообще не знаю кто это такие. Впервые услышал о вас от помощника нашей волшебницы…

Великан перестал выть и прыгать. Встав за спиной Коэнны, он одарил его злорадным взглядом и с недоброй ухмылкой провёл себе пальцем по горлу.

— Продолжай,— разрешил волшебник.— Не обращай внимания на джинна.

— Я молю о помощи, в деле, которое чисто как сон младенца, как первый снег, как…

— Без лирики.

Феранор облегчённо вздохнул. Поэтический язык образности и метафор давался ему трудно.

— То, с чем я пришёл, есть первопричина моих злоключений. Дело в том, что я попросил руки одной прекрасной девушки, но её отецобманом заманил меня в вашу страну, оклеветал и лишил всего, что я имел дома. Теперь я не могу появиться там без риска для жизни, но это не остановило меня. Вот эти украшения,— он встряхнул руками с браслетами кандалов.— Следствие моих попыток вернуться обратно.

— Любовь, значит...— Коэнна погладил козлиную бородку и хмыкнул.— Давно ко мне не обращались с такой просьбой, а когда обращались, то просили любовные эликсиры, или устранить соперника. Да простит Алуит неразумных! Но, с чего ты решил, будто я помогу тебе? Что мне с того?

Эльдар не спускал глаз с волшебника.

— Мне нечем отблагодарить вас кроме себя самого. Назовите цену — я отработаю долг.

— Хм… хм! — Коэнна призадумался сильнее, и, вдруг спросил в лоб.

— А, что ты делал в амаэльской сокровищнице?

— Так это…— Феранор ошеломлённо уставился на него и даже слегка отпрянул.— Это… я видел вас?

Он помолчал, собираясь с силами для ответа.

— Искал летопись Амаэля.

— Твои хозяева пытаются подольститься. Откуда у тебя перстень с джинном?

— Его подарила мне Даемара, вскоре после моего возвращение из руин, но о его силе я не знал.

Коэнна снова хмыкнул. Сжал бороду в кулаке. Некоторое время он внимательно вглядывался в лицо Феранора. Потом вдруг сказал:

— Асдашир, оставь нас!

Джинн испарился, напоследок одарив Феранора сочащимся ненавистью взглядом. Это не укрылось от мага.