Колыбель времени

У опушки Екатерина Дашкова остановилась, вспоминая, где живет молодая крестьянка, недавно родившая ребенка. У нее тоже был мальчик. Напрягая память, вампирша неподвижно стояла с минуту, прежде чем двинулась вдоль домов. Она подошла к расписной избушке и осторожно постучала. Никто не ответил, она еще раз постучала, тогда в доме послышалась возня, шаги и тихий напуганный голос.

— Кто это?

— Я от княжны Дашковой, она разрешилась бременем, и ей нужна кормилица.

— Ох, сейчас, — отодвинулась щеколда, и выглянула девушка с черными кудрявыми волосами.

— Не хотела беспокоить слуг, их и так ждет трудный день. Обещай, что о моём визите никто не узнает. Пойдем скорее, а то я скоро потеряю сознание, — попросила вампирша.

— Сейчас, я только накину фуфайку и заберу ребенка.

— Хорошо, — Дашкова прислонилась к стене избы и прикрыла глаза, словно задремав, волчата возились в ногах.

— Вы совсем замерзли, идемте скорее в дом, — обеспокоенно сказала крестьянка. Екатерина Дашкова устало кивнула, и женщины побрели к дому. Они вошли в терем через черный ход, вампирша сразу провела крестьянку в свою комнату, где надрывался ребенок.

Екатерина с облегчением вздохнула, сняла ребенка с печи и передала кормилице, наказав не кусаться. Мальчик присосался к груди крестьянки и блаженно закрыл глаза.

— Вы сами родили?

— Да, я отправила теток спать. Поэтому, с твоего позволения, я прилягу, сил моих нет, — сказала Екатерина Дашкова уставшим голосом.

— Конечно, конечно, я побеспокоюсь о Вашем малыше, — согласилась крестьянка, и вампирша, забравшись в кровать, притворилась больной и спящей.

Когда рассвело, послышалась тревога. Горел дом. Княгиню Дашкову пыталась растормошить крестьянка. Вампирша соскочила с кровати слишком резко и пошатнулась, помня о своей роли. Она как можно осторожнее взялась за плечо крестьянки.

— Мы горим, берите ребенка и бежим!

Вампирша уловила запах гари, недолго думая подхватила сына Эрика и вылетела в коридор, затем на улицу, успев на полпути схватить одеяло. К княжескому дому уже бежали мужики со всей деревни с ведрами, тушили пожар.

«Вот и все следы преступления уничтожены», — Екатерина в панике оглянулась, ища Настю.

— Где Настя?

— У меня, госпожа, — подбежала гувернантка с плачущей Настенькой на руках.