Колыбель времени

Ее сердце екнуло, когда она увидела, как кто-то маленький завозился в его седле. Крошечные ручки поднялись вверх, потягиваясь. Принц Эрик придержал мелкого в седле и что-то шепнул. Нервы Эверилд не выдержали, и она отделилась от султана и направила свою лошадь к Темному Эрику. Она подъехала ближе, и правда, ей не показалось — в седле принца сидел ее сын.

— Мама! — завопил мелкий, вампирша улыбнулась ему.

— Хочешь ко мне в седло перебраться? — спросила она.

— Да! Хочу! — он просяще посмотрел на принца Эрика, но этого не потребовалось, они остановили лошадей.

— Что здесь происходит? — властно спросил султан, холодно посмотрев на парочку.

— Ничего, мой повелитель, я просто забрала у темного визиря своего сына, — Эверилд опустила взгляд.

— Это правда, мой повелитель, — подтвердил тот, изобразив легкий поклон.

— Хорошо, Ахмед…

Вдруг голос подал мелкий:

— Мама, это кто? Тот султан? — он весь вытянулся, пытаясь детальнее разглядеть повелителя.

— Да, мой мальчик, это султан.

— Темный Эрик красивее, — заметил мелкий и прижался к матери.

— Ну спасибо, удружил! — рассмеялся султан, смех у него был чистый, как звон монеты. — Что мне надо сделать, чтобы вам понравиться, юный принц? — обратился Мехмед к ребенку.

— Уважать маму, — высунулся мелкий, с опаской поглядывая на взрослых.

Они засмеялись.

— Кана, у тебя воистину забавный ребенок. Я хочу такого же сына. Ты же мне его родишь? — ласково спросил он.

— Если Аллаху будет угодно, мой повелитель, я вам рожу хоть десять сыновей, — пообещала Эверилд.

— Хорошо, Кана, негоже, чтобы ребенок рос отдельно от матери. Так что с сегодняшнего дня он будет жить с тобой в моём дворце, — решил султан. Потом бросил суровый взгляд на Ахмеда. — Вы меня поняли? Больше он не у вас. Ребенок должен расти с матерью, и тогда женщина будет счастлива и спокойна.

— Да, мой повелитель, — согласился Ахмед, скрипя зубами. Он уже жалел, что подарил Эверилд султану, надо было ее оставить себе и сделать своей женой.

— Раз мы всё решили, то поехали! — приказал султан и пустил своего коня рысью, Эверилд поравнялась с ним.

— Спасибо, мой повелитель, я перед вами в неоплатном долгу, — сказала она.

На душе сразу стало легко и спокойно, не надо было больше тревожиться о своем ребенке. На трон он не претендует, так что гаремным мегерам ее сын не нужен. Хотя они могут насолить через него лишь для того, чтобы увидеть, как страдает Эверилд.