Выбрать волю

Ей почему-то виделось, что, едва она войдёт — он тут же сразу всё поймёт, и говорить какие-то слова и не придётся. Он, конечно, тут же заключит её в свои объятья и поцелует, а она, конечно, прижмётся к нему крепко-крепко и, наконец, почувствует себя спокойной и счастливой.

В этой сладкой фантазии она добрела до входа в Верхний дворец, и тут-то её и поджидало глубокое разочарование. Завидев её, начальник караула заметно смутился и огорчённо признался, что госпожу пускать не велено.

Эсна была ошеломлена.

Опрокинута.

Совершенно раздавлена морально.

Ей-то уже нарисовалась картина, в которой супруг не желает мириться лишь от того, что ждёт, чтобы она осознала всю глубину своей неправоты; и что, когда до неё наконец дойдёт, он будет ждать её с распростёртыми объятиями.

Потрясение от того, что эта картина не оправдала себя, было крайне глубоко. От обиды и унижения к глазам подступили слёзы; а потом она вспомнила, как тщательно и любовно наряжалась, и разозлилась и на себя, и на него.

Незаметно шмыгнув носом, она приняла на себя вид гордый и величественный и поинтересовалась у стражников:

— А Дерека вы вызвать ко мне, во всяком случае, можете?

Начальнику караула очень хотелось угодить госпоже, поэтому он послал одного из своих людей за Дереком.

— Солнечная? — с тревогой выбежал из дворца Дерек, ожидая, что привести сюда Эсну могла только какая-то серьёзная беда.

Та покосилась на стражников и увлекла его за угол, где с горечью пожаловалась:

— Он запретил меня пускать!

Запустив руку в волосы, Дерек замялся. Ему, определённо, было крайне неловко обсуждать этот вопрос.

— Ну... — попытался смягчить ситуацию он. — Ты же знаешь, Эсна, он у нас немного... ну, вспыльчивый, да? — здорово преуменьшил он. — Не отошёл ещё...

— Но уже месяц прошёл! — заламывая руки, тонко возразила она, чувствуя, что горло снова перехватывает слезами.

В сомненьях Дерек покосился на окна дворца — кабинет владыки выходил на другую сторону, но кто его знает, — не обнаружил видимых соглядатаев, вздохнул, потеребил волосы на висках, развёл руками и признал:

— Ну, ему как вожжа под хвост попала.

— Да сколько же ждать? — обхватив себя за плечи руками, возразила Эсна и расплакалась от обиды и безнадёжности.