Выбрать волю

Ему казалось, что за эти годы он неплохо научился справляться со своей странной напастью, но он никак не ожидал, что близость объекта его воздыханий заденет его настолько глубоко за живое.

Размеренно дыша, он выкинул из головы все мысли и попытался привести сердцебиение в норму.

Хотя смятение его со стороны было почти незаметно, Эсна, тем не менее, успела сложить два и два. Картинка-то, в целом, и так была однозначной, и в любом другом случае первым же пришедшим на ум объяснением и оказалась констатация явного неравнодушия.

Но уж слишком не вязалось неравнодушие такого рода — и массивная фигура ньонского владыки, человека с репутацией более чем суровой.

Мгновенно отметя мысль, что находящийся перед ней мужчин влюблён в неё, — в самом деле, Эсна была слишком неуверенна в себе, чтобы полагать, что в неё можно влюбиться с первого взгляда, — она пришла к выводу, что владыка зачем-то пытается эту самую влюблённость изобразить.

Тут же она осознала, зачем это может быть ему нужно: ну конечно! Он хочет расстроить план отца и заставить Эсну выбрать его, а что может так хорошо сбить с пути дочернего послушания, как не романтически неудержимая страсть, отметающая любые предрассудки и преграды!

Мысленно хмыкнув, Эсна похвалила саму себя за сообразительность и принялась выстраивать дальнейшую картину.

Очевидно, захватив её в жёны, владыка получит тем рычаг влияния на отца. Конечно, у того в случае чего хватило бы возможностей настоять на разводе и вырвать дочь из рук врага; поэтому-то и нужна ему влюблённая Эсна, которая сама радостно предаст семью во имя своей великой любви.

Таким образом, разобрав внутри себя, что именно сейчас происходит, она успокоилась и улыбнулась даже с некоторой уверенностью в себе и своих силах. Такими дешёвыми интригами её не проведёшь!

Надо отметить, что к этому времени вполне овладевший собой Грэхард с большим удовольствием любовался её мимикой, которая в некоторой степени отражала ход её мыслей. Ему было крайне любопытно, чему она хмурилась и в чём теперь торжествует, и, наконец, он первым нарушил молчание:

—Дорого бы я отдал, солнечная госпожа, чтобы узнать, о чём ты сейчас думаешь.

Эсна чуть не вздрогнула от неожиданности — она уже всерьёз надеялась, что он не заговорит. Радуясь, что не дала себя провести, она поспешила в ответе обозначить, что игра его раскрыта:

—Я пытаюсь понять, повелитель небес и земли, зачем бы вам вздумалось изображать, будто бы вы в меня влюблены.