Пророчество Последнего Дракона

А что если это всё правда? Что если начатая война станет настолько жестокой и яростной, что в дело впрягутся те, от которых уже не будет спасения?

На край стола остановилась птица, тупо разглядывая девушку и вертя головой то в одну сторону, то в другую.

- И тебе привет, птичка. – Протянула она руку, и сокол спешно перелетел.

Сняв с ноги птицы послание Ингрит положила немного зерна в одну из клеток, и птица быстро залетела туда, спешно проглатывая еду и жадно выпивая оставленную воду. Ингрит позабавило, словно птица целую вечность летела к Гильдии, на ходу разворачивая послание.

Стоило ей только присесть напротив спящей Ве́ли, как челюсть упала, пока она проходилась взглядом по строчкам.

Голова настолько плохо стала соображать, что чем дольше она вчитывалась в письмо, тем хуже она видела перед собой буквы. Ледяной пот прошёлся по её позвоночнику, заставив прирасти к стулу, руки так и застыли на скомканной бумаге, а в памяти лишь омертвевшее тело подруги.

- Дерьмо. – Сжала она зубы. – Вот дерьмо! – Резко встал она изо стола, направившись к выходу, но внезапно её удержала Ве́ли за руку.

- Ты в порядке? – Протирая сонные глаза, повернулась она к подруге.

- Спи. – С тяжестью натянула Ингрит ухмылку на губах, уж ощущая дикую тряску в челюсти.

Холод в колумбарии вдруг стал таким явным, что казалось дрожит не только тело, но и душа. Ингрит заботливо накрыла Ве́ли своим плащом, когда она вернулась головой на стол, подставив руки. Ей хотелось кричать, рвать на себе одежду, найти паршивца и отомстить за все лживые слова, которые когда-то вылетали из его рта.

Но до Глухомани было слишком далеко, Эсфирь была куда ближе.

Даже не направившись в сторону спален, а сразу к её кабинету. Почему-то Ингрит была уверена, что Эсфирь не спит в такое время, а вполне вероятно продолжает готовиться.

Может Ингрит ошибалась? Может она неправильно истолковала полученные послания, просто они долго доходят до Гильдии, вот и проблема. Внезапно Ингрит замерла на месте, с пергаментом в руках, так и не решившись пройтись взглядом по словам о смерти ещё одной подруги, которую так ценила.

Но ведь, если Ра́мси пропал, как он мог отправить послание? Ингрит всё же продолжила путь к кабинету главы, на ходу раскрыв дверь и положив пергамент ей на стол под колыхнувшийся на ветру огонёк свечи.

Эсфирь взяла послание, дыхание стало прерывистом. Ингрит заметила расширившийся глаза, но, когда глава Гильдии поднялась на ноги, на ней и следа страха не было.

- Идём.