Артефакт темного бога

Пару раз мне доводилось взлетать на самолете. В те минуты я мысленно прощался с жизнью, но тогда все обошлось благополучно. Сейчас же, забыв на мгновение, что это всего лишь игра, я испытал почти такое же волнение, усомнившись в надежности древнего воздушного судна, к тому же сколоченного народным умельцем с сомнительной репутацией. Отчего ему дали такое прозвище – Рукохват? Может, у него все выходит через одно известное место?

– Тахир, – прервал мои размышления голос Ивана. – Ты про магический компас не забыл?

– А что с ним нужно сделать?

– Надо поместить вот в эту шкатулку, – показал он на небольшой ящичек, закрепленный на подставке перед штурвалом.

Я достал из инвентаря вегвизир, и водрузил в указанное место. Артефакт засветился голубым, а передо мной появилась надпись: «Задайте курс».

– Надо назвать место, куда мы полетим, – подсказал Иван.

– Чернигов, – произнес я.

«Курс принят», – появилась надпись.

И наш корабль взмыл в небо, набирая скорость.

Иван потянул третий рычаг. На мачте расправился парус.

В красно-белую полоску. Он тут же надулся пузырем, и мы полетели еще быстрее. Теперь перестало качать. Ладья шла уверенно, подобно крейсеру, рассекая толщу упругого воздуха. Натянутые канаты подрагивали. Рукава и полы куртки трепало встречным потоком.

Я глянул вниз. Лучше бы этого не делал: сразу закружилась голова. Я ухватился за перекладину мостика, сделал несколько глубоких вдохов-выдохов, и вновь посмотрел. Под нами простирались зеленые просторы. В памяти зазвучали слова любимой отцовской песни: «Под крылом самолета о чем-то поет.

..» Тут, конечно, не тайга, но тоже красиво. Темный лесной массив разрезали извивающиеся ленточки рек. Местами виднелись проплешины полей с крошечными домиками деревень. От них в разные стороны вели белесые ниточки дорог.

Иван стоял у штурвала, широко, как заправский моряк, расставив ноги. Но он не крутил колесо. Корабль сам шел намеченным курсом. Этакий древнерусский автопилот.

Мирон сидел у основания мачты, вжавшись попой в днище, и судя по шевелящимся губам, читал молитву.

– О чем молишься, Мирон?

– Прошу господа нашего Иисуса, чтобы он охранил нас от напастей и помог благополучно долететь.

– Нужное дело. Ты там, это, поусердней молись. А то я не очень доверяю этому чуду техники.

Наш корабль тем временем, накренившись на левый борт, сделал поворот. Я глянул на Ивана.

– Все в порядке, – ответил он. – Мы идем в нужном направлении.

– Откуда такая уверенность?

– Дак, компас же, вегвизир.