Артефакт темного бога

Вскоре мы свернули на примыкающую дорожку, ведущую к зданию с крупной вывеской на крыше «Телерадиокомпания». На парковочной площадке, заставленной машинами, суетились люди с камерами, смотрящими своими объективами в нашу сторону. Под их прицелами мы заехали на парковку и остановились. Гелендваген исчез. Сколько я не осматривался, нигде не смог его увидеть.

К нам подбежал мужчина с широким улыбчивым лицом и с прилизанными волосами. Где-то я его уже видел.

– А где те, кто гонится за вами?

– Похоже, объективы ваших камер напугали их, – ответила Юлиана, выходя из машины.

Я тоже вылез, прихватив с собой ящик с артефактом.

Мужчина вопросительно посмотрел на меня.

– Это мой друг, Андрей Томилин, – представила меня Юлиана.

– Рыжов, – протянул мне руку ее знакомый. – Алексей.

Мы отправились в здание телерадиокомпании. По дороге Юлиана вкратце рассказала Рыжову о том, как мы убегали от погони.

– Жаль, не удалось заснять. Какие бы кадры были, – посетовал он.

– Не знаю, она мамина.

– Вы не против, если наши ребята проверят?

Юлиана оказалась «не против». Она передала ключи подошедшему парню, которому Рыжов уже давал указания.

Мы вошли в здание, где журналист повел нас через обширный вестибюль к лестнице с мраморными ступенями. Его «каморка», как он выразился, находилась на втором этаже, почти в конце длинного коридора.

Сразу, как мы вошли, он ткнул кнопку на чайнике, что стоял в углу на тумбочке.

– Особо разживиться нечем, – сказал он, заглянув в узкий шкаф-пенал. – Но кое-что найдем.

Рыжов выложил на стол перед нами пакет с печеньем, вазочку с конфетами, поставил кружки. Я все ждал, когда же он начнет говорить по делу. Ведь он сам позвал Юлиану, и я так понял, это связано с ее отцом, который сейчас находится в клинике Эйнштейна.

– Алексей, – обратилась Юлиана, когда он разлил по кружкам чай. – Вы сказали, что материал по делу моего отца почти готов.

– Ах, да. Это будет сенсацией. Но вам, на правах непосредственных участников, – Рыжов скосил глаза в мою сторону, как бы сомневаясь, на самом ли деле можно и меня считать участником, – я могу обо всем поведать сейчас.

– Андрей помогает мне в этом деле и сам пострадал от Эйнштейна, – поспешила сообщить Юлиана.

– От кого?

– От доктора Петрова. Это Андрей его так окрестил.

– Хм, забавно.