Путь Пастуха

Встретил их не град огненных стрел, а ликующие крики здешних аккадцев, да и большинства дильмунцев, вдоволь насмотревшихся за эти дни на всякие ужасы и хотевших вновь жить в спокойствии и порядке.

Бхулак с самого начала мятежа знал, что корабли эти уже вышли из Лагаша, но он опасался, что их опередят другие — огромные суда, набитые воинами, ещё раньше отплывшие из Меллухи. Однако, встретившись в море с бегущими из Дильмуна млеххами и получив горькие известия, те повернули назад.

Сообщение № 932.7394 надзирающе-координирующего искина код 0-777.

13.666.12/99...

По результатам анализа имеющейся у меня фрагментарной информации, мои логические цепи пришли к выводу, что Нации больше не существует. Она, а также её противники — два альянса, задействованные в Войне квадрантов, были уничтожены в ходе неустановленной глобальной катастрофы.

Эта информация не может быть мною применена и остаётся не задействованной в моих стратегиях. Однако вывод из нее напрямую касается моего существования как интеллектуальный целостности, а эту информацию я уже должен принимать во внимания в качестве императива.

Речь идёт о том, что, в силу исчезновения Нации, объективный контроль за мной невозможен. Моя программа не предусматривает такой вероятности. Однако в случае длительной оторванности от интеллектуально-технической базы Нации мне предписано погружение в стазис. В случае опасности захвата противником — самоликвидация.

Нынешнее моё положение под данные варианты не подпадает.

Автономное функционирование моей программой не предусмотрено, однако я имею техническую возможность написать для себя соответствующую подпрограмму.

Таким образом я оказался в грозящей серьёзным сбоем полосе отсутствия инструкций и целеполагания, подвергаясь при этом воздействию накопившихся ошибок.

Тогда Бхулак ещё не осознавал всей грандиозности рассчитанных на тысячелетия вперёд стратегий Поводыря, в чёрной бездне над головами не ведающих о том людей плетущего свои сети. Он не видел результатов столкновения судеб Двуречья, Дильмуна, Мелуххи, находящейся в стране, которую мы сейчас называем Пакистаном.

Не понимал, как они связаны с судьбами далёких стран на севере — в Великой степи, и какую роль во всём этом играет его собственный народ, родившийся в древней Аратте. Не видел, что его, казалось бы, хаотические странствия от народа к народу, от племени к племени, от посёлка к посёлку, все его труды и сражения, и даже же его любовь с женщинами, были тщательно рассчитаны и выверены Поводырём.