Путь Пастуха

— Я вижу, но я не верю! Только что, почти на наших глазах, совершено ужасное святотатство, кровь пролилась на священном месте богов! И чья кровь! Самого почтенного и мудрого из наших вождей, предательски убитого собственным сыном! И мы слушаем речи подлого отцеубийцы вместо того, чтобы покарать его на месте. Что с нами случилось?! Разве мы больше не боимся богов?! Разве мы забыли о справедливости и воинской чести?.. Ответьте мне, ореи!

До сих пор у них не было с Кау личных столкновений — они просто старались избегать друг друга, а при встречах общались с холодной вежливостью.

Но теперь возможностей для дипломатии больше не осталось — бой так бой...

Речь Бхулака произвела впечатление на вождей и воинов, они глухо возроптали, но Кау тут же перешёл в контратаку.

— Вождь Пех знает, что говорит! — глумливо начал он. — Он боится, как бы зла не случилось с его эратской змеёй, которая вьёт из него верёвки и на самом деле управляет и им, и всем кланом Быков!

Удар был подлый, но меткий. Бхулак не мог просто так оставить ужасное оскорбление, иначе очень быстро перестал бы быть вождём.

Он схватился за копье, и Кау тоже поднял своё. Но начинающуюся стычку прервал Бхег, вождь Сайгаков, бывший вторым по старшинству после Пеку. Он перехватил копьё Бхулака и отбросил его в сторону, крикнув:

— Хватит! Уже пролилась кровь перед Вратами Солнца, если прольётся ещё, боги не пощадят нас.

— Так что же?! — проревел Бхулак. — Спускать убийце его преступление?!

— Если его накажут, то не один ты, а весь Круг, — твёрдо заявил Бхег, и остальные вожди одобрительно заворчали.

Бхулак понял, что сейчас расправиться с соперником не удастся. А Бхег обратился к Кау:

— Ты оправдываешь благословением бога Грозы своё ужасное преступление. Но это только ты сам так говоришь... Может, он, наоборот, уже решил покарать тебя.

Кау злобно расхохотался.

— Я говорил с ним всю ночь в палатке духов, потому пошёл к отцу и потребовал у него отдать мне власть над кланом, а когда тот отказался, я его убил и пришёл сюда.

И я до сих пор жив. Какие тебе ещё нужны доказательства, что всё это одобрено богом и хвар мой при мне?..

— Этого мало, — резко бросил ему Бхег. — Мы знаем, что бог иногда медлит с наказанием, но от этого оно становится ещё ужаснее. А если бы он благословил тебя, как ты говоришь, уж, наверное, дал бы тебе явное знамение, чтобы мы поверили твоим словам.

— Знамение, говоришь? — недобро ухмыльнулся Кау. — Будет вам знамение.