Путь Пастуха

Над его морщинистым не раскрашенным лицом с развевающейся белой бородой, которую он давно уже не заплетал по-воински в косицу, скалилась надетая на манер капюшона голова покровителя клана — степного волка. С уха вождя свисала спиральная подвеска из золота — редкая вещь, пришедшая из дальних краёв, а откуда точно, из всех собравшихся знал, пожалуй, лишь Бхулак... Левой рукой старец тяжело опирался на посох, правая привычно лежала на массивном каменном набалдашнике булавы за поясом. В него впитались кровь и мозги множества врагов, но слишком давно он уже не был в деле.

Впрочем, голос Пеку был всё ещё ясен и зычен, а фразы отрывисты, словно он отдавал команды своим волкам во время лихого набега.

— Воины кланов Ореи! — взывал он. — Мы не можем вернуться к своим посёлкам, женщинам и детям, пока не настанет меж нами согласие! Мы должны решить это здесь и теперь. У нас три исхода. Я уверен, что выбрал самый правильный и единственный. Как мне убедить вас в этом?

Собрание возбуждённо зашумело — убеждать его и правда было очень тяжко.

Беда назревала уже очень давно, но в последние годы проявилась во всей неприглядности — степи стремительно превращались в место, совсем непригодное для жизни. Постоянная засуха убивала травы, бескормица — скот, а женщины продолжали рожать и голодного народа всё прибавлялось.

Началась чреда кровавых межклановых распрей за пастбища и источники. Попутно воины-ореи добили последние остатки Эраты — поселения этого некогда могущественного народа до последнего времени прозябали кое-где в труднодоступных местах.

Но хороших мест для жизни всё равно становилось всё меньше.

За этим должно было бы последовать разбредание кланов в разные стороны, но чувство единства слишком глубоко сидело где-то в самой сути ореев. Они могли люто ненавидеть людей из соседнего клана, желать отомстить им за какие-то прошлые обиды, но при этом всё равно осознавали своё единство с ними. Тут, видимо, сыграла роль история этого народа — во всяком случае, так думал Бхулак, который знал её гораздо лучше любого орейского жреца, колдуна или сказителя.

Когда-то из богатых золотом и медью земель к западу от Аратты, куда Бхулак увёл часть своих соплеменников, некоторые из них отправились дальше. Переходя из края в край, одно племя из их числа углубилось на север от Тёмного моря. Местные люди жили в степи небольшими родами, часто враждовали друг с другом и питались от охоты и сбора диких злаков. Они не умели плавить не только бронзу, но и медь, и не знали колеса.