Адъютор

Возмущались мужчины из окрестностей, чьих жен, невест и дочерей они усиленно атаковали с известной целью. Сам Стаккер появлялся в лагере каждое утро, чтобы вечером вновь отправиться с визитом к вдовушке, с которой умудрился познакомиться в первый же день по прибытию в Брумен. Корнелиус Стойкий со своей ученицей Сантрой нашли приют в Доме Сострадания, благо, что их повсюду имеется достаточное количество. Всё верно: у Пятиликого слишком много своих дел, чтобы заботиться о здоровье каждого человека, и потому Дом Сострадания взял такую обязанность на себя.

Проезжая на Рассвете по улицам Брумена, или гуляя по ним пешком, я внимательно всматривался в лица прохожих. Почему-то уверенный в том, что обязательно признаю убийцу Клариссы. Мне довелось увидеть множество смертей, часть из них случилось из-за моей руки,

но ни одна не тронула меня так сильно. Война, мор, болезнь, несчастный случай, но не подлое убийство молодой женщины, которая даже не познала радость материнства.

- Рассказывайте, Клаус, рассказывайте!

С того времени, как поселился на постоялом дворе, я видел молодого сар Штраузена несколько раз.

К своим обязанностям секунданта он отнесся со всей серьезностью, и, по-моему, даже спал с лица. Ну и каково это, впервые почувствовать на себе ответственность?

- Всё окончательно определилось. Дуэль состоится завтра, в восемь утра. В местечке, которое местные называют Плотиной. Она действительно когда-то там существовала, перегораживая один из притоков Брумы.

А он, в свою очередь, наполнял крепостные рвы. Затем необходимость в них отпала, как отпала нужда и в самой крепости.

«Клаус, ты мне еще парочку связанных с ней легенд расскажи! О какой-нибудь несчастной влюблённой парочке, которая там утопилась, чтобы навсегда быть вместе. Или о найденном древнем кладе, который обнаружили на дне реки после того как вода ушла»

Вероятно, я позволил себе поморщиться, поскольку он сразу же начал говорить по существу.

- Нашу сторону будет представлять достаточно людей, чтобы им даже в голову не пришло делать глупости, - и, после моего требовательного взгляда, поморщившись уже сам, добавил.

– Еще раз даю тебе слово, что не стану ввязываться ни при каких обстоятельствах. А теперь, может быть, наконец-то выслушаешь, что представляет собой противник?

Теперь придется. Когда все решилось с местом и временем.

- Так вот, Армандо сар Торриасу двадцать семь лет отроду, и он – местный уроженец.