Хроники вечной жизни. Иезуит

Лицом он был довольно приятен, но из-за плохого зрения носил крепившиеся на переносице очки с вогнутыми стеклами, которые в сочетании с чуть крючковатым носом делали его похожим на филина. Благодаря добродушному нраву, плохо сочетающемуся с внешностью, он быстро приобрел расположение Стефанио. Сам же Роберто с первого дня искренне восхищался новым соседом.

Кроме Бантини, Стефанио особенно подружился с Джованни Питти, невысоким худым пареньком с взлохмаченными волосами и вечно хлюпающим носом, и со светловолосым красавцем Маркантонио Франкотти, выходцем из старинного дворянского рода, ставшим иезуитом по настоянию отца.

В Римской коллегии они изучали теологию, философию исемь свободных искусств[i]. Немалое место в программе отводилось изучению работ видных мыслителей-иезуитов. Отец Бернардо Вилларди имел привычку начинать новую тему с диспута, сначала задавая по ней вопросы, и лишь затем освещая ее. Именно такие занятия зачастую становились полем битвы между Стефанио и Андреа.

– Грешно ли слуге, вынужденному для снискания пропитания служить развратному господину и оказывать ему содействие в самых низких поступках?

– Да, – отвечал Андреа.

– Нет, – говорил Стефанио. – Если слуга откажется, он будет изгнан и может умереть с голоду, то есть потеряет данную Господом жизнь.

– Верно, синьор Надьо, – кивал учитель.

Отец Бернардо испытывал студентов на каждом занятии.

– Совершает ли грех сын, убивающий отца ради наследства?

– Нет, ведь он желает не отцу дурного, а себе доброго, значит, поступок совершен из благих побуждений.

– Понятно. А вы что скажете, брат Стефанио?

– Мне кажется, что убить отца – грех при любом посыле.

– Вот и нет. В данном случае прав синьор Кальво. А теперь ответьте, есть ли случаи, когда позволительно говорить двусмысленно или обманывать?

– Да, если от этого зависит твоя жизнь, – вскочил Андреа.

– Да, и не только ради спасения. Думаю, в любом случае, когда есть уважительное основание скрывать истину.

– Синьор Надьо ответил верно.

И так продолжалось бесконечно.

– Грешно ли воровать нищему?

– Нет, коли не имеется других средств спастись от нужды.

– Нет, ведь по естественному праву все принадлежит всем.

– Молодцы, оба ответа верны. А могу ли я давать клятву с заднею мыслью и скрытым смыслом? Опять никто не хочет ответить, кроме братьев Стефанио и Андреа? Что ж, тогда прошу, синьор Кальво.

– Думаю, да, если нет возможности опровергнуть ваши слова.