На закат от Мангазеи

В свою жизнь никого не пускают. А тут было явно что-то для них священное, для чужаков запретное, но чего они сами боялись пуще всего остального. По крайней мере те, кто жил окрест. Несколько стариков мне тогда намекнули, мол, сами рады, что от этого невесть чего избавились. В пустошах, говорят, теперь спокойнее будет. И сильно огорчились, когда узнали, что караван пропал где-то неподалеку. Правда, по другим рассказам выходило, что некоторые дикари, из числа далеко живущих, были не прочь на варзов груз наложить лапу, и именно поэтому караван собирали в спешке.

— Что за дикари?

— Не знаю, какие-то неместные. То ли с далекого восхода, из ледяных пустынь за Енисеем. То ли напротив, из южных лесов. Туманно все это мне было передано, а теперь уж и переспросить не получится. Тот род, где мне это рассказывали, вымер прошлой зимой то ли от болезни, то ли еще от чего. Никого не осталось.

— Может, их убили? Я слышал, недавно несколько самоедских родов было уничтожено ярганами.

— Может и убили. Ярганы давние враги здешних племен. Расспроси других самоедов, возможно, что и узнаешь. Хотя, я бы на твоем месте не надеялся. Даже если, что и скажут, всему не верь, могут и за нос поводить.

Макарин огляделся. Красное солнце уже касалось деревянных острожных стен на закате, и все вокруг становилось темным и мутным, будто скрытым в пелене.

— Хотелось бы глянуть ту поляну, где собирался караван, — сказал он. — Она далеко?

Священник нахмурился.

— Она недалеко, но на твоем месте я бы туда не ходил.

— Отчего же. Это если и не место преступления, то хотя бы место приготовления к нему. Осмотреть его в первую очередь надобно.

— Ничего не найдешь. Там год назад-то ничего не было, а теперь и подавно. Один мусор.

— Ты, батюшка, даже не представляешь, что иной раз можно найти в мусоре.

— Дело хозяйское, — отец Иннокентий перекрестился. — Как за посад выедешь, через речку Мангазейку переберись и держись все время берега большой реки.

Макарин раскланялся, принял благословение и отправился к конюшне, где показал служкам воеводово предписание содействовать во всем. Выбрал смирного гнедого мерина, и поехал через вечерний город, мимо еще шумных торговых рядов, закрывающихся ремесленных мастерских, по затихающим жилым улицам.