Великий князь

Посланник великого государя еще только подходил к пологу шатра, а Хорошава уже успела отодвинуться от царевича и поправить на себе одежду, скрывая за мягкой тканью упругую тяжесть груди. Массировать ведь можно не только руками…

— Долгие лета Димитрию Иоанновичу.

Милостиво кивнув в ответ, Дмитрий принял почтительно протянутый ему тул. Жалобно хрустнул алый сургуч с оттиском единорога, мягко прошелестела бумага с затейливо обрезанными краями, а затем на пару минут установилась полная тишина.

— Отдыхай.

Позабыв о нежных ласках рыжеволоски, царственный юноша глубоко и надолго задумался, совершенно машинально перебирая пальцами потемневшие можжевеловые бусины невзрачных четок.

— Сеунч к государю-наследнику!..

Едва переступив низенький порог, пожилой подручник князя-наставника Михаила Ивановича сразу утрудил спину поклоном — да таким, что и иные молодые его не постыдились бы.

— Говори.

Невольно оглядевшись, доверенный боярин Воротынского доложил, что все готово, и ждут только Димитрий Ивановича.

Накинув кафтан и ферязь при самом деятельном участии Хорошавы (вот не шло ей крестильное имя, и все тут!), царевич вышел прочь. Расстояние до места, где собрались князья-военачальники порубежных полков, составляло неполную сотню шагов. Всего. Но даже на столь коротком пути первенец великого государя изрядно «оброс» Малой свитой, словно по волшебству выросшей за спиной своего господина.

— Долгие лета государю-наследнику!..

— И вам долгих лет и доброго здравия.

Михаил Иванович.

Первый по знатности и влиянию из присутствующих князей польщено улыбнулся при виде того, как старший царевич поздоровался с ним легким поклоном.

— Петр Михайлович.

Князь Щенятев, отличный воевода и (увы!) большой любитель поместничать, степенно ответил на уважительное наклонение головы.

— Андрей Михайлович.

Князь Курбский был доволен жизнью и службой — а в особенности размером добычи, которую он взял в недавнем рейде по степным кочевьям.

— Иван Михайлович.

Старший сын и наследник рода Воротынских, вслед за отцом проявивший немалые полководческие таланты, не поленился ответить на приветственный кивок полноценным поклоном.

— Даниил Федорович.

Окольничий и думной дворянин Адашев уже давно (больше года назад) узнал от сына, кому он обязан сохранением имения и самой жизни — и не уставал выказывать верность и благодарность. Кстати, окольничий тоже неплохо погулял по Крымской стороне.