Женщина с изъяном

Мне не было нужды вглядываться в лица святош – для меня они все были на одно лицо, – достаточно было самого их появления, чтобы разум отступил перед рефлексами.

Слишком сильно хлестнув лошадь, я направила ее вперед, прямо в высокую траву. Еще не посылая в галоп, но проносясь мимо обоза на такой скорости, что бедолага рисковала переломать ноги.

Я сама при этом рисковала сломать шею, но в ту минуту мне было все равно.

За свистом ветра в ушах я расслышала, как монахи возмущенно загалдели, не проявляя ни намека на положенное им смирение.

Лагард быстро выкрикнул в ответ нечто, отдаленно напоминающее извинения, и сорвался с места вслед за мной.

То, что для меня было просто сумасбродной выходкой, ему с гораздо большей вероятностью могло стоить жизни, и стараясь унять колотящееся сердце, я заставила себя остановиться, глядя за горизонт в ожидании его закономерных вопросов.

– Ты так сильно не любишь святую братию? – Даниэль наконец остановился рядом.

Он дышал немного неровно, но в голосе слышалось что-то, подозрительно похожее на веселую иронию.

– Они меня раздражают, – смотреть на него было стыдно, но все равно пришлось. – Всегда лезут не в свое дело. Хорошо хотя бы их Священные Суды сошли на нет. Сколько невинных людей они запытали до смерти или отправили на костры.

– И сколько одаренных, – он кивнул неожиданно серьезно, а потом тронул коня, без слов предлагая мне не задерживаться. – Его Величеству стоит отдать должное, он свел это на нет. Хотя и не изжил совсем.

Он произнес это так же непринуждённо, как преступное «Я ненавижу короля» немногим ранее, и я поймала себя на короткой нервной улыбке.

Церковники ничего мне не сделали, просто проехали мимо, но самого их появления оказалось достаточно, чтобы злость, беспомощность и страх вернулись.

Не желая показывать все это Лагарду, я снова посмотрела вдаль.

– Скажите, маркиза, – он немного помолчал, а после развернул своего коня, чтобы заглянуть мне в лицо. – Вы любите быструю езду?

Я едва заметно вздрогнула, но тут же приказала себе собраться, посмотреть на него в ответ.

– А вы, маркиз?

Поддержать эту полушутку было единственно верным решением, но Даниэль мои опасения, разумеется, понял правильно.

– Не беспокойся, Руперт отучил меня геройствовать. Если это станет сложно, я скажу.

Нестись вперед, лишь слегка контролируя лошадь, ловить встречный ветер губами и ни о чем не думать – о таком сейчас можно было только мечтать, а в словах Даниэля была своя истина.