Жирный Обжора

Девушки, в отличие от охотников, не проходят никакого посвящения Просто старухи, наблюдающие за семейными праздниками, да и все люди, видят, что вчерашняя девочка выросла и созрела для взрослой жизни. Осенью, когда закончена загонная охота, и люди досыта едят мясо, в селении начинаются свадьбы, и подросшие девушки становятся в круг невест. Выбирают зазнобушек парни, но у девушек всегда есть возможность отказать нелюбимому жениху.

Прошёл бы Пантих посвящение в мужчины, то поздней осенью он бы сватался к Эльне, но пока остаётся ждать и надеяться, что никто не уведёт твою судьбу.

Ликующие крики юных добытчиков доносились смутно, словно уши Пантиха заложило клочками шерсти. Негромкие переговоры женщин и вовсе не долетали слуха. Дурной мальчишка в такой непроницаемой тишине и вовсе начал бы клевать носом. Пантих добросовестно носом клевал, но сам удвоил осторожность. Просто так глухая тишина по утрам не бывает. Честный зверь, выходя на охоту, сотрясает окрестности рыком, чтобы вспугнуть пасущееся стадо, отбить в сторону слабых, а потом именно их, испуганных и беззащитных задрать на обед.

А исполненный волшебства людоед, крадётся в тишине, которая закладывает уши и усыпляет сторожей.

Но сейчас нет никого, ни рядом, ни вдалеке.

Потом громовое рычание падает словно из ниоткуда на пустой берег, усыпанный иссохшими ракушками, и там, где только что не было ничего, объявляется хищная бестия, ростом с крупного медведя, покрытая лохмами смоляной шерсти. Широкие лапы с когтями вдвое против медвежьих, Хвост, какого у медведя не бывает, густо-мохнатый, и пасть, не особо большая, но с такими клыками, что не снились никому в окрестных лесах.

Жирный Обжора, о котором только сказки рассказывают, великанская росомаха, обычной втрое превосходней, да ещё исполненная колдовской силы. Такая зверюга может загрызть медведя, завалить взрослого лося, а одинокий человек перед ней, что болотная лягуха перед цаплей. И всё же, мальчик Пантих прыгнул, мгновенно вспомнив, что не мальчик он, а охотник, и в руках у него не пустая палка, а копьё.

Отполированный до полупрозрачности наконечник вошёл в косматый бок и обломился там, где не выдержала берестяная обвязка. Жирный Обжора захрипел сорванным истошным звуком, но бросок не остановил. Оскаленная пасть ткнулась в обнажённый бок Эльны. Раздался чмокающий звук, брызнула кровь.

Пантих закричал в тон Обжоре. Он оказался безоружным, копьё подвело его. В руке остался только нож, а что можно сделать ножом с озверевшим чародеем?

Всё же.