Повесть о монахе и безбожнике

— Они перессорились и перестали разговаривать друг с другом. Теперь каждый агитирует сотрудников встать на его точку зрения.

Шеф задумался. Конечно, на первый взгляд проблема выеденного яйца не стоила. Ученые, в конце концов, сами разберутся, что к чему без его помощи, но только когда и как это произойдет... За свою жизнь он успел наслушаться множество самых разных историй о том с каких мелочей начинались конфликты, приводившие в конце концов к человеческим жертвам и свертыванию научных программ.

— Справедливости ради, следовало бы назвать зверей так, как их зовут дикари.

— По справедливости оно, может и так, — согласился Сергей, — только по здравому смыслу... Во-первых, у них нет письменности, а во вторых Империю и альригийцев, с которыми нам придется иметь дело рано или поздно, трудно будет убедить отказаться от своих названий. И еще... Вы знаете, как на их языке звучит слово "дракон"?

— Летающий ящер? — переспросил шеф. В его голосе Сергей уловил предостережение. Шеф предлагал уважать научный подход к проблеме и терминологию.

— Да хотя бы и он. "Полисукачуповятсу". Представляете?

— Поли...

— Полисукачуповятсу.

Шеф произнес слово про себя, или сделал вид, что произнес.

— Правда, не совсем удачно? — спросил Сергей.

Игорь Григорьевич пожал плечами и взмахом руки дал понять, что именно эту проблему он приоритетной не считает.

— Если уж говорить о неудачах, то могу дать еще один пример.

Он посмотрел на карту и Сергей понял, что начинается главное, по крайней мере, более важное, чем околонаучные споры.

— Ты знаешь где стоит летний охотничий домик эркмасса?

— Да, — сказал тот, отставляя свои проблемы в сторону. — Опять нарушение режима?

Шеф кивнул.

В принципе ничего страшного в самом факте нарушения режима не имелось. По существу, зона активной охраны заповедника, где действовали "Лесные бродяги" начиналась только в десятке километров перед стеной, однако то, что кто-то вошел в лес, и дошел до охотничьего домика, говорило о серьезности намерений нарушителей.

— Кто они?

— Нашлись две забубенные головушки, — со вздохом сказал шеф,

— Головорезы какие-нибудь? — понимающе поинтересовался Сергей. Последнее время он так хорошо поработал в лесу, что бродить по чащобе осмеливались только солдаты да лазутчики посланные эркмассом. То есть люди подневольные. Ни те, ни другие интереса не представляли. Своей охотой сюда уже никто не шел.