На небе может быть только одно Солнце

— У него на спине тоже есть родинка, — произнесла верховная шаманка, осмотрев второго новорождённого. — Но она напоминает уже не затаившегося тигра, а взлетающего в небеса дракона… Ваше Величество, я рада поздравить вас и государя с появлением на свет долгожданного наследника, принца Сонрёна! — добавила она. — А также его сестры, принцессы Сонхва.

Тем временем её помощница при помощи магии разбудила спавшую девочку и теперь та оглядывала обстановку расфокусированным взглядом, а потом неожиданно-громко расплакалась.

В тот же миг распахнулась дверь опочивальни государыни и на пороге появился королевский лекарь с сопровождении своих помощников.

— Мне доложили, что у Её Величества начались роды, — произнёс он. — Вот я и поспешил сюда.

— Вы слишком долго шли, — стараясь скрыть усмешку, произнесла Мирэ. — Государыня уже успела разрешиться от бремени двумя детьми, пока вас не было.

— Как это — уже успела?! — в недоумении и ужасе глядя на неё, воскликнул королевский лекарь. — Если государь узнает о том, что я опоздал принять роды у Её Величества…

— Не беспокойтесь, я не стану сообщать об этом королю, — сказала верховная шаманка. — Главное, сами случайно не проговоритесь, и тогда никто не узнает о вашем промахе.

— Скажите хотя бы, кто появился на свет, — на всякий случай, опасливо озираясь, произнёс медик.

— У королевы родились принц Сонрён и принцесса Сонхва, — ответила Мираэ. — Именно так государыня решила назвать своих детей по советам придворных астрологов.

— Это хорошо, — кивнул королевский лекарь. — В таком случае, если позволите, я пойду и сообщу государю о появлении на свет наследника престола, а также о том, что за будущее королевской династии можно больше не опасаться.

— Делайте, как пожелаете, — пожала плечами верховная шаманка. — Что же, небеса и вправду благоволят этой стране: королева родила принца и принцессу, а, значит, гармония в мире осталась неизменной и благополучию Чосона ничто не угрожает.

*****

А между тем офицер королевской охраны, получивший приказ королевы увезти из столицы её старшего сына, усердно пришпоривал лошадь. Этому человеку, некогда принёсшему присягу на верность королеве Инсу, не было дела до причин, заставивших государыню отказаться от собственного ребёнка.