Моё же сердце у тебя в груди

Ей пришлось приложить волевые усилия, чтобы не начать теребить кружевные манжеты своего платья. Она понимала, что отчаянно теряет инициативу в этой беседе, и из обвиняющей стороны начинает превращаться в оправдывающуюся.

— Но вы не можете отказаться выполнять мои распоряжения! — возмущённо возразила она, пытаясь вернуть себе контроль над ходом беседы.

Но он этот контроль передавать ей не планировал. Его глубоко оскорбил тот факт, что она лезет в дела его ведомства и предъявляет ему упрёки там, где он лучше разбирается в деле.

Он задумчиво почесал себя корешком книги по щеке и с некоторым огорчением в голосе уведомил:

— Но именно это я и намерен сделать.

Королеве с трудом удалось подавить возмущённый вскрик. Подумать только! Мало того, что она поймала его на столь безобразном нарушении!..

— А вы, — неожиданно сделал он шаг в её сторону, тыкая в неё книгой, — позабыли продумать, что будете делать в таком случае, поэтому теперь оказываетесь в крайне дурацкой ситуации, где либо вам придётся спустить с рук такое вопиющее и демонстративное неповиновение, либо нужно будет в спешном порядке придумывать какие-то нелепые санкции, которым вы меня подвергнете.

Он отошёл к секретеру, положил книгу на то место, откуда она её взяла первоначально, повернулся к ней, сложил руки на груди и отобразил на своём выразительном лице ожидание реакции.

Ей, впрочем, совсем нечего было на это сказать, потому что он был кругом прав: ей нужно либо проглотить его бунт, либо срочно придумывать угрозы и кары, которыми она сможет этот бунт подавить.

— О чём вы думали, ставя меня в положение, из которого я не смогу выкрутиться? — с раздражением поторопил её мыслительный процесс он.

Кая попыталась как-то переломить эту «учитель отчитывает нерадивую ученицу» ситуацию:

— Я была возмущена вашим!..

— То есть, вы не думали, — холодно перебил он её, и она осеклась, потому что вывод был верным.

Она не думала, что будет делать дальше: она хотела предъявить ему обвинение и потребовать прекратить проделывать у неё за спиной такие вещи.

— Суммируя, — безжалостно продолжил он.