Странствие духа

Прощай, младший брат!

— Благословение Дуннур-Матери да будет с тобой, — пропищал Авлан и бросился к людям.

Что-то жуткое, тёмное с хохотом пронеслось над его головой, бурундука вжало в снег будто тяжкой лапой. Ужас схватил его сердце, сжал в ледяной комок. Миг — и отпустило, Авлан понёсся дальше.

У дю Катаная тонко и тоскливо, как волчица на луну, выла Эяна. Стояла, опустив руки, и выла, задрав лицо в снежные небеса. А старый шаман лежал поперёк порога, скрюченный, с вытянутой вперёд рукою, словно хотел кого-то схватить, удержать.

Авлан прыгнул прямо на неподвижное тело и понял: душу Катаная кто-то вырвал из тела и унёс. Не тот ли страх, что промчался по небу ему навстречу? Показалось, или он тащил что-то в когтях?..

Люди боялись приблизиться и к мёртвому шаману, и к безумной его жене. Толпились поодаль, дрожа и не решаясь ни к чему здесь прикоснуться — а вдруг и с ними беда приключится? Алван огляделся: ни одного духа вокруг. Пусто. В первый раз он видел такое — будто земля людей вымерла.

А где же Нюрилкан? Почему её не видно?! Ужас опять подбросил бурундука, шёрстка на спине стала дыбом. Он метнулся в чорама. Так и есть — Нюри там. Лежит как попало, одной ногой в погасшем очаге, тело бьётся в судорогах, а душу её — это Авлан видел ясно — уносят с собой духи-странники, чтобы проплыть с нею по шаманской реке, разъять её на части и снова сложить, наделив ниточками-связями с Нижним и Верхним мирами.

Нюрилкан не дождалась посвящения, и посвятить её теперь было некому.

А душе в её страшном путешествии к корням миров даже Авлан не мог бы помочь. Теперь если и выберется, то лишь сама, своими силами.

В чорама было холодно — очаг уже остыл, только белый пепел разлёгся там на недогоревших головнях, как свежий снег. Авлан подошёл к очагу, глянул — и отпрыгнул. Будто мало на сегодня было горестей — дух шаманского очага, его знакомая старушка, лежала мёртвой.

Разжечь пламя в шаманском очаге — это не просто выбить искру и подпалить бересту. Дух огня в жилище шамана имеет особую силу, его надо пригласить, уговорить явиться, поселиться в доме шамана.

Тогда, может, и загорится. Если Нюрилкан вернётся на землю живых, она может попытаться, но дух этого нового огня будет уже её духом, не катанаевым.

Авлан не могу помочь сестрёнке, но и просто так уйти не решился. Сел перед ней на лапнике и стал ждать. Снаружи ходили и говорили люди, но в чорама не совались — тоже поняли, что Нюри там и что совершается что-то особенное.