Великий хиропрактик: начало.

Тем более, надобно хоть единожды за сутки поесть в конце концов! В общем, приободрённый всем чем мог, устремляюсь к своим радушным милым дамам.

К слову сказать, охранники прекрасно знали, что у меня довольно часто случается сверхурочное рабочее время, а увидев, как я выскальзываю из окошка второго этажа и крадучись иду вдоль больничного здания, они больше ничему не удивлялись. Стоило же мне пройти мимо них, как они сочувствующе похлопали меня по плечу и, пожелав сил и терпения в моем нелегкой труде, радушно распахнули передо мной, словно перед каретой скорой помощи, главные ворота, выпуская на долгожданную свободу.

Следующее утро началось с брани профессора Берекли вчерашней направленности и того же самого содержания. Слушая повтор о сорванной мною операции, я невольно подумал, что старик-то совсем ку-ку и тяжко вздохнул, искренне сочувствуя его всеразрушительной старости.

Мой тихий похмельный покой нарушает Беспардонная Лярва, требуя отправляться во все те же Фекально-кафельные владения Злобного Орка.

- Я тама уже был, - говорю в шутку, - мне не понравилось!

Чуть ли не за шкирку выдворяюсь в вверенном мне направлении.

При виде радушно улыбающегося меня у Злобного Орка нервно задергался глаз.

- Да что тебе тут медом намазано что ли? - обреченно взвывает она, хватаясь за прилизанную голову, прибранную медсестринской белоснежной приколкой.

Виновато пожимаю плечами, мол, рад бы не ходить, да добрый наставник заставляет! Сердито ругнувшись, Злобный Орк бросает на меня насупленный взор.

Премило улыбаюсь ей и кошусь на половую тряпку. Испуганно сглотнув, Злобный Орк устремляется к шкафчику с медицинским инвентарем.

С нескрываемой радостью мчу на всех парах из Фекально-кафельный владений, резко торможу возле заветной дверки туалета и, к превеликому удивлению предоперационной публики, начинаю потягивать минералочку из резиновой груши, предусмотрительно сняв с оной щедро провазелиненный наконечник.

Временами бросаю гордые взгляды на остолбеневшую публику и самодовольно развожу руками, дескать, а что вам, собственно, мешает заместо убиенного клистира получить право на собственноручное очищение кишечника? Ась?

Дохлебав свою грушу до конца, радостно скачу в свое уединение, где начинаю лечить израненный подсвечник подаренным мне вазелином.