Бегство

Ее звали Мерседес, то ли жена, то ли любовница нынешнего хозяина этих мест. И она...

Лев снова замолк, опустил голову, его пальцы впились в подлокотники кресла, и так покрытые глубокими царапинами от когтей. Глубоко вздохнул, будто стараясь сдержать кипящий внутри гнев, и продолжил спокойным, бесстрастным голосом:

— Мерседес всегда была добра и ласкова с нами. Особенно привечала Эрзу, мою подругу. А потом предала нас. Моя Эрзу, она всегда любила драгоценные камни. Эта женщина заманила ее в ваш мир обещанием показать изумруд, который купил ей Перрен, каким-то образом уговорила ее вселиться в камень, и заперла его в бронзовой шкатулке.

— Металл, — сказал Уве. — Думаю, я понял. Духи не выносят металл, так что Эрзу теперь в ловушке. Она захватила вашу подругу, а теперь шантажирует вас.

— Лживая тварь, — яростно прошипела Брижет, оскалив белые зубы. — Трижды проклятая лживая тварь!

— Брижет, — мягко укорил ее Рет. — Пожалуйста... Она сказала, что у нее самой нет выбора. Что она делает это ради своего мужчины.

Что боится потерять его и хочет удержать любыми средствами. Поэтому она заставляет нас шпионить за людьми, что работают на него, доносить ей обо всем, что увидим и услышим, наказывать провинившихся. То есть... Айзана, Бвон, Брижет, все остальные только следят или могут припугнуть. Бвон вчера поймал человека, что пытался бежать. Но кровь всегда пускаю я.

— Рет, я же говорила, ты не обязан сам... — снова попыталась вмешаться золотистая, но он остановил ее поднятой рукой.

— Нет. Не хочу, чтобы вы занимались этим грязным делом.

Если когда-нибудь придется держать ответ, то пусть это буду только я.

— Давно это произошло? — спросил Уве.

— Два года назад. По нашим меркам — совсем недавно, но... — руки духа сжались еще сильнее, еле слышно затрещало дерево. Львиная морда оставалась бесстрастной и непроницаемой, но мальчик ясно видел горе и боль в глазах Рета. — Эрзу не такая, как Брижет. Не сильная. Она хрупкая и нежная, и ей страшно. Она плачет и зовет меня, а я ничего не могу сделать.

Эта женщина всякий раз обещает, что скоро отпустит ее, но всегда обманывает.

— Вы хотите, чтобы я выпустил ее. — кивнул Уве. — Но ведь вы сами можете в любой момент вселиться в Мерседес и заставить ее открыть шкатулку, разве не так? Бабка рассказывала мне, как ее наставницу...

Дух на секунду потерял самообладание. Его зрачки расширились, казалось, он даже попытался отпрянуть назад, откинувшись на спинку кресла. Потом он мрачно покачал головой.

— Нет. Не могу.