Остров жизни

Юноша перевалил через второй десяток, и он знал, что голос полевика схож с шелестом травы, этот же больше напоминал… даже не знаю. Голос человека, но хриплый, кашляющий и притом каким-то образом умудряющийся гнусавить. Весьма слабо верилось, что живое существо способно говорить подобным образом.

– Твою да через… телегу.

Эту «телегу» невозможно было не узнать. Враз успокоившись, Гай присмотрелся повнимательней. Жёлтые вызревшие колосья, чуть красноватый ствол с обрывками отставшей и оббитой коры и золотарник… Вот! Ну конечно! Как это он мог не заметить мужчину в сером журнаде, что сидел, подпирая спиною злаки.

Давно ли он здесь? Впрочем, какая, в сущности, разница давно ли? «Зое с ним не разговаривает, а остальное и не важно».

Вытянувшись и приняв вид статный и величественный, как ему самому показалось, юноша взглянул на мужчину исподлобья.

– Что вам угодно?

Ивес прыснул в кулак.

– Полевые головастики. Теперь-то я понимаю, чего моя так расхохоталась. То ещё зрелище.

Чёрная бровь чуть приподнялась. Сунув одну руку под завязку, другую же положив на рукоять, уперев деревянное остриё в землю, Гай чуть наклонил голову.

– Простите…

– Да что ты извиняешься вечно?! Воспитание так жить мешает? – Опершись на жилистое колено, Ивес поднялся. Мужчину тут же повело. – Твою ж… засидел.

«Значит, давно здесь», – отметил про себя Гай, но легче ему от этого ничуть не стало.

– Так что вы здесь делаете?

– Да за тобой вот наблюдаю.

– Тренируюсь, – поправил юноша, и по непонятной для него причине в груди тут же поднялась сжигающая волна стыда и возмущенья. – Я стану рыцарем не хуже сэра Ланца!

Как и всегда, при упоминании привилегированного сословия, лицо Ивеса перекосило, будто под нос ему сунули нечто съестное, но позавчерашнее.[1]

– Таким же мёртвым, из того, что я видел.

Уши юноши воспылали не хуже фонарей. Крылья переносицы побелели:

– Сер Ланц был великим воином.

Ивес поморщился, но, вопреки обычному, стерпел. Палка пастуха, которую он использовал вместо трости, поднялась и чуть ударила безыскусно выструганный снаряд.

– В этом ты прав. Деревянный никогда. Гай Деревянный! Звучит, не находишь. Продемонстрируй-ка, что можешь. Если не трус.

– Рыцарь не поднимет меча на простого селянина, – продекламировал Гай.