Приют изгоев

— Я выйду, продолжайте без меня, — и не дожидаясь ответа пошел из зала.

Он шел мимо замерших в испуге гостей, мимо кузин, сидящих в окружении великолепных кавалеров, мимо провожающих его глазами вельмож, мимо какого-то смутно знакомого старика в дурацких очках, мимо стоящих на страже у дверей двух серебристых. Выскочив в пустой коридор, Абраксас ускорил шаги; он почти бежал, пока не оказался в покоях, которые только сегодня днем были покоями наместника, и были вручены ему вместе с ключом от города и всем этим дворцом.

Какое-то время он стоял, прислонившись лбом к холодному стеклу окна. Прохлада успокаивала, но не лечила от глухой тоски, заполнившей его сердце.

И это — обещанное сном величие? Как мерзко!..

Он с отвращением вспоминал то, что произошло сегодня. Появление серебристых шаров… Нападение на беззащитных людей на базарной площади и превращение их плащеносцев… Площадь, снова наполнившаяся народом: уже не испуганным, а восторженным. Триумф, с которым Абраксаса приветствовали и вели по городу к этому дворцу… Как Имперский вельможа, всегда такой чопорный, глядевший на товьярцев как на полудикарей, стелился перед Абраксасом, как записной лизоблюд — вряд ли он стал бы так пресмыкаться перед самим Императором… И как Абраксас небрежно, как должное, принимал все эти почести, с каким наслаждением он отдавал распоряжения и смотрел, с какой поспешной подобострастностью его распоряжения исполняются…  

Абраксас попятился.

Двумя комнатами дальше он обнаружил  кожаный диван, предназначенный, видимо, для сменного телохранителя наместника. Абраксас не думая рухнул на него; в диване что-то хрупнуло, но он выдержал.

Одиноко спящего здесь государя, накрывшегося с головой плащом, слуги обнаружили через несколько часов и с аккуратностью перенесли в спальню, раздели и уложили как подобает государю.

…Утром государь пробудился рядом с прекрасной дочерью наместника, так и не  припомнив, как из пиршественной залы попал сюда, вызвал прямо в спальню наместника и начальника ополчения города, отдал, не поднимаясь с постели, им необходимые распоряжения, повелел оставить его одного.

А недалеко за полдень под восторженные возгласы горожан государь во главе ополчения и отрядов добровольцев покидал моментально покоренный город…

Поход войска Абраксаса-колдуна на юг начался.