Комиссар

Откинул голову, посмотрел на небо, помолчал, а после громко произнес:

- Собирайтесь, возвращаемся в Дальний.

Солдаты неуверенно переглянулись, остались на месте.

- Это был приказ! – сверкнув глазами, крикнул генерал.

Солдаты стали суетливо расходиться, генерал подозвал адъютанта и стал ему что-то объяснять. Ольга направилась к Голицыну.

- Спасибо тебе, отец, - начала она было.

- Не подходи! – рявкнул он, не глядя дочери в лицо. – Сегодня я лишился дочери. Тебя проклинаю и знать не хочу.

Губы Ольги задрожали, слова отца ранили в самое сердце.

Она хотела упасть перед ним на колени, молить о прощении, но Салтыков во время оказался рядом, отвел ее в сторону.

- Не трогай его, Оля, пускай уходят. Мы сделали свой выбор, а он свой.

Народоборцы расходились. Вскоре Ольга, Сергей, Захар и Кирилл остались одни на поляне. Кирилл не понимающе смотрел на свою единственную любовь, лучшего друга и готов был заплакать.

- Что вы задумали? – спросил он.

Салтыков обернулся к другу, улыбнулся.

- Мы остаемся, Кирилл, - сказал он приближаясь к Оболенскому, достал нож, разрезал веревку, освободив тому руки.

– стрелять вчера начали, было понятно, к чему дело идет, я сказал обо всем Ольге, пообещал, что не дам тебя в обиду и намерен остаться и сдаться твоим на милость.

- Сережа, ты не понимаешь, - Кирилл разминал руки. – Я не могу поручиться за твою безопасность. Среди наших очень много жестоких людей, не меньше, чем среди ваших. Они творили чудовищные вещи и поручиться за вашу безопасность не могу.

Вам нужно уезжать.

- Скажи это Ольге, - спокойно произнес Салтыков, освобождая Захара. – Меня не переубеждай. Казнят – пускай, - сплюнул, - а бегать всю жизнь по заграницам как неприкаянный я не собираюсь. У меня есть Родина, и пускай я никогда не отличался сентиментальностью, всегда старался действовать рационально, сейчас не хочу. Надоело! Я видел, как к нам относятся блантийцы – лучше сдохнуть, чем выслушивать их покровительственный надменные нравоучения!

Кирилл посмотрел на Ольгу, та отвела взгляд, заламывала руки.

Сколько он ее не видел? Как больно было, когда они расстались. Он приблизился к ней, протянул руку к ее волосам, ощутил, как локон легонько щекочет палец.

- Почему ты с ними, Кирилл? – спросила она, сжимаясь в клубок. Тот же самый вопрос, который задала ему во время революции. Ответ оставался прежним.

- Ты знаешь.

Кирилл больше не мог терпеть, обнял ее, она обняла в ответ, поцеловал в голову, щеку, губы, она ответила на поцелуй.