Под знаком западной звезды

В этот самый плащ девушка и завернулась как можно тщательней, оставив наружу лишь лицо, провожая сожалеющим взглядом закат, и в то же время не понимая, – почему ей так страшно, ведь она никогда прежде не боялась наступления ночи, напротив, ночь была любезна ее сердцу.

Но не эта ночь, ночь испытания. Зашло солнце, и поднялся легкий ветер. Зашелестел в кронах, засвистел тихонько, как будто предупреждая об опасности. Видимо, именно поднявшийся ветер был виной легкой дрожи, охватившей девушку. Хотя, на самом деле, холоднее не стало.

А потом все время стала занимать борьба со страхом. Той, кто выбирает путь Авалона, страх неприличен. Так учили ее сестры, и так она чувствовала сама. Но чтобы побороть страх, нужно сначала почувствовать его, дойти от его меры до его границы. Так вот для чего служила ночь испытания?! Научиться бороться со страхом, или сойти с пути, поняв, что путь Авалона тернист, и мало силы, чтобы идти им!

Мысли о страхе слегка отвлекали девушку от окружающей реальности.

– Так, так, так… Кто это сидит тут, и дрожит, как заяц?

Девушка подпрыгнула на месте, и подняла темные, полные панического ужаса глаза в направлении голоса. Это был совсем юный мужчина, одетый в серое и зеленое, с рыжеватыми волосами и глазами яркими, как две звезды. Девушка улыбнулась. У этих глаз не было возраста.

– Ты кто?

– Ты не знаешь, кто я? – улыбнулся он лукаво. – В самом деле?

Девушка вздохнула. Дочери Авалона ни к лицу ложь:

– Ты – добрый.

Добрый, сосед, справедливый… Какая разница, как его назвать. Он кивнул:

– Да. А кто ты?

– Я – будущая сестра Авалона.

– Будущая? И как далеко это будущее?

– Завтра, если я выдержу все испытания. – голос ее предательски дрогнул.

– А если нет? – весь вид его выражал неудержимый смех, и девушка почувствовала легкий гнев за то, что он смеется, говоря о таких серьезных для нее вещах.

– Тогда – никогда.

– Чего ты боишься? Того, что не выдержишь испытания? Или тебя страшит ночной лес?

Девушка задумалась. Ночной лес – это, может, и страшно, но ничто перед страхом быть отвергнутой Авалоном.

– Я боюсь испытания. – честно созналась она. Он кивнул:

– Хорошо.