Мэрианн

- Зло процедил отец.

- Зато я подозреваю, что княжна Анна прекрасно отдохнула. - Вспомнив ночь и мокрое платье щёки сам загорели.

- Мы уходим, Ваша Светлость. - Князь не дожидаясь вышел из палатки. Слова Роберта же догнали меня у самого выхода.

- На балу. - Замерла на месте, ожидая продолжения. - В письме вы пишите, что это не любовь, что я её придумал сам.

- Вы ничего не поняли, Ваша Светлость. - Я грустно улыбнулась. - Вы любите не меня, а лишь образ, который придумали сами.

- Да, я помню. «Это не любовь, это лишь фантазия любви, что вы взрастили, в плену приевшейся обыденности.

Вы не любите, вы лишь желаете любить». Я выучил каждое слово письма. И сжёг его, как и просили. - Судя по голосу, Роберт медленно подходил ближе. - Но сердце не бумага и пеплом его не развеять, Мэрианн. - Роберт медленно убрал мои волосы в сторону. От лёгкого прикосновения пробежала волна муражек. На выдохе развернулась и посмотрела ему в глаза.

- Вы что-то говорили о бале? - Его лицо почему-то оказалось ближе, чем я рассчитывала.

- На первом балу я понял, что не отдам вас никому и сделаю всё, чтобы задержать подле себя. И ты представить не можешь, как больно мне было видеть твои слёзы в покоях и понимать, что их причина, как и страх - я и моё присутствие.

- Анна, ты идёшь?!

- Сейчас, отец! - Громкий голос князя привёл мысли в порядок, возвращая в чувства, ведь я почти потерялась в глубине голубых глаз. - Как раз на балу был образ. Могу быть такой и это часть меня. Но чаще я - та, что танцует под дождём, что входит во дворец в порванном платье и спутанными волосами.

И искренне рада наконец принять это в себе. Зато помню ваш неодобрительный взгляд тогда, после дождя. Так что на балу - это не любовь. Это всего лишь желание обладать. Ничего страшного, это распространённая болезнь среди королей.

- Останься, прошу...

- Меня ждут. Кто-то должен закончить эту войну, а не сидеть в стороне сложа руки. - Отрезав, быстро вышла из шатра. Меньше всего хотелось вмешивать в наши взаимоотношения войну и политические распри.

На обратном пути наш корабль застал дождь. Это не было той бурей, что раньше, но и ясной погодой это едва ли можно было назвать. Я стояла у края, глядя на удаляющийся Герфельд. Такой знакомый и долгожданный и такой чужой.

- Не плачьте, княжна. - Элейна подошла со спины, встав рядом.

- Я не плачу, что ты. Это дождь. - Попыталась улыбнуться.

- Зря я так, простите мне. Конечно плачьте.

- А если я не хочу?

- Но вы плачете.