Оратор

Так он и стал вторым центром власти в обширных владениях Македонского царства. Первым, и официально признанным, был Пердикка, которому бразды правления передал сам Александр. Но это, как догадывался Антипатр, совсем ненадолго. Если Совет избранных решил, что следует править ему, значит, так и будет. Именно поэтому он не суетился, а спокойно и вдумчиво делал своё дело.

В дверь негромко постучали.

– Ну кто там ещё? – сварливо проскрипел Антипатр.

– Пришёл Архий, ваша милость, – раздался из чуть приоткрытой двери голос помощника.

– Пускай войдёт.

В комнату торопливо зашёл, на ходу поправляя гиматий, молодящийся человек лет сорока пяти с чуть наметившейся лысиной. Высокий рост, атлетическое сложение, подвижная мимика, наигранные позы и жесты выдавали в нём бывшего актёра. Быть может, и не самого талантливого, но, бесспорно, глубоко впитавшего самой своей кожей и кровью профессиональные навыки, которые оставили на нём заметную для пристального взгляда печать.

– И где же носит твою задницу, тартар тебя забери?! Я посылал за тобой ещё с утра! – глядя на то, как Архий расправляет на себе складки явно несвежего гиматия, Антипатр весь скривился, словно проглотил дольку лимона.

– Прости, светлейший, как только мне сообщили, я сразу же бросился к тебе, – затараторил Архий. Он суетился, и это сейчас делало его присутствие ещё более неприятным для Антипатра.

– Небось, всю ночь с порнами[7] пьянствовал, – Антипатр поморщился. – Эко же от тебя разит, паскудник, отойди-ка подальше.

– Кассандр праздновал вчера возведение алтаря Дионису, – виновато пожал плечами Архий, старательно отводя глаза.

– Я так и чувствовал, что и здесь не обошлось без моего сыночка! Он-то, по крайней мере, себе на уме, а ты-то куда за ним?! – Антипатр сокрушённо вздохнул. – Ну, да ладно. Есть у меня для тебя поручение.

– Сделаю всё, что желаете.

– Тебе, наконец, предстоит сыграть действительно важную роль. Совсем не похожую на те, что ты играл на сцене. Хотя тоже трагедия, в своём роде. Если ты всё исполнишь, как надлежит, то тебя запомнят надолго.

Антипатр вдруг закашлялся и, сделав рукой жест подождать, потянулся к стоявшему невдалеке кубку, от которого исходил густой горький аромат трав. Выпив пару глотков, он кашлянул ещё пару раз и продолжил.

– Помнишь ли ты Демосфена?

– Да, конечно, мы встречались.

– Так вот, этот Демосфен с его постоянным правдоискательством сейчас для меня словно заноза в заднице. И не только для меня.