Оловянное царство

Вчера тот вернулся сам вместе с главой четырех поселений. Тот уже знал, как следует себя вести в таких случаях, и бухнулся на колени прямо на каменный пол перед Утером и Амброзием. Он долго выл на все лады, потому как так было положено, рвал на себе волосы, а потом закончил так же быстро, как начал. Встал, поклонился, спокойно завел с Утером деловую беседу. Вой – это часть хорошего тона.

Хоть в чем-то Гилдас им не соврал – два набега действительно было. Один в середине зимы, второй – уже позже, ранней промозглой весной.

Отряд саксов был небольшим, говорил им бриттский старейшина. Человек двадцать, не больше, конных среди них не приметили – разве только главарь. Этого оказалось довольно, чтобы обнести все селения, хороших воинов на местах оставалось немного, половина из них служит Утеру на границе, да и как сладить с бешеным саксом. Амброзий по молодости не редко слышал рев варвара.

– Кто их главарь? – спросил его тогда Утер.

Старейшина безразлично пожал худыми плечами.

– Какая тебе разница, господин.

Двадцать человек в отряде, он просто мелкая сошка. И грабит он ради себя. Ищите того, кто ему позволяет.

– Помнишь, как он ответил нам, – говорил теперь Утер брату. – «Ищите того, кто ему позволяет.» Это моя земля! Здесь только я дозволяю и запрещаю!

Брат слишком давно не выходил за ворота, а все его мысли и воины слишком упрямо смотрят на север за Стену.

– А как он назвал тебя, помнишь, – Утер нехорошо усмехнулся. В его глазах мелькнул огонек обиды. – Когда благодарил, что ты не высек того, другого, и дал им отсрочку? «Аврелиан[1]» – чтоб тебя! Какие старику известны словечки! «Амброзий Аврелиан», какой слог! Не упустили бы вы с Вортигерном ту вашу шахту, может теперь бы и был золотым, и мы здесь не гнили.

Амброзий вздрогнул при упоминании Вортигерна. За девять лет о нем до стены Адриана доходили лишь смутные слухи. Солдат-император был далеко от них, на юго-востоке. Основал ли он свое королевство, смог ли построить свою империю без гроша за душой? Такой точно смог бы.

– Нам надо решить, скольких людей мы отправим в селенья, – центурион пропустил слова об Аврелиане мимо ушей. Так было безопаснее, дразнить Утера сегодня – плохая идея. – Старейшина бриттов говорил о двадцати пеших саксах.

Утер вновь помрачнел.

– Тебе бы только отправить моих людей защищать своих деревещин, отличный план, братец… По мне так пощипали бы их лишний раз, может прониклись бы к нам уважением. К нам – к тем, кто действительно их защищает.