Марфа Ялгина

– Я должна его понять и простить? – знахарка смотрела на бурята исподлобья.

– Его не надо прощать, но понять, это можно, – вошедший сделал неопределённый жест головой и аккуратно уселся на кровать, которая под ним не прогнулась и не скрипнула, – Я сюда снова с просьбой от своего господина.

– Служить ему я не буду, – Марфа улыбнулась, её развеселило такое предположение и то, как великий дух Ольхона прислал подручного объясняться перед ней.

– Бурхан знает, что ты ищешь отца, – начал говорить гость, и слова остро кольнули сердце девушки, – И готов помочь тебе в поисках.

Даже на том берегу за Ольхонскими Воротами. Там пропадают люди, пропадают неспроста, но пока ни мой хозяин, ни Сарма, стерегущая горы у Ольхона, ни даже Улу–тойон, свободно ходящий сквозь миры, не могут дать ответ, чьих это рук дело. Хотя всё сводится к одному изгнаннику Нижнего мира, – бурят увидел, что Марфа кивком головы дала понять, что внимательно слушает его, и продолжил, – Был у великого Отца Шаманов брат по имени Эрлик–хан. ..

Бурят рассказывал про жизнь двух братьев на берегу огненного озера, про зависть и предательство Эрлик–хана, про великую битву, потрясшую Нижний мир и залившую его кровью. Затем он поведал о попытке генерала Мусмала вернуть силы своему властелину захватив остров Ольхон, и о том, как мудрый Улу–тойон провёл не слишком умного генерала, явившись к тому в образе старика–шамана, а затем даровал бессмертие своей самой любимой шаманке Сарме, чтобы она была главной защитницей Ольхона от тварей Нижнего мира.

Марфа слушала рассказ и думала, что всё, что она сейчас слышит – это всё очень далеко от неё, это какой–то иной мир, к которому она вынужденно прикоснулась, но который не является ей родным. Даже ялгинцы, которых она знала от силы неделю, были ближе и понятнее ей. Но видимо, из–за этого чужого ей мира и пропал её отец…

– Черноволосая девушка? – спросила она, когда бурят закончил рассказ.

– Да, это и есть Сарма, – он кивнул в ответ, – Она приходила в твою деревню, когда ты наказывала нашего шамана за все те дела, которые он не хотел делать. Ты ведь использовала язык чёрных шаманов, по–видимому, сама того не зная.

– Эти слова мне от бабушки достались, – пожала плечами знахарка.

– Есть совершенно удивительные обстоятельства, когда люди обучаются этому языку. Но, видимо, твоему искусству тебя как раз бабушка и обучила.