Гроза над морем

– Идите вы в бездну со своими законами! – раздался вдруг за его спиной хрипловатый голос Мэйна Остина. – Стой на месте, капитан, ты еще нужен остаткам этой команды. А по моей шее давно плачет виселица. Так что...

Он не договорил, махнув рукой, отодвинул с дороги вконец растерявшегося Дэниэла и ступил на сходни. Все по-прежнему молчали. Только один раз, обернувшись, Остин лихо смахнул за спину косички-дреды:

– Ну что, кому передать привет на том свете?

– Ты что творишь, – прошептал Янис, и голос его дрогнул, но вопрос остался без ответа.

Они крепко обнялись. Остин похлопал его по спине и почти сразу же отстранился.

– Не люблю прощаться, – бросил он. – Доберитесь домой, не влезьте на мель и передайте графу, что не такой уж я и разбойник. А, Янис?

Капитан молча кивнул, стараясь на него не глядеть. Хрипловатый, простуженный и прокуренный голос Остина тоже вдруг прервался, корсар помолчал, скрывая волнение, и с нарочитой усмешкой добавил:

– Эй, народ! Я вас не вижу, но прекрасно слышу.

И с этими словами он решительно пошел вперед, больше не оборачиваясь, густой туман вскоре скрыл его высокую, широкоплечую фигуру. Капитан "Альбатроса" виновато пожал плечами, отступив назад, исчез в дымке, и сходни все так же неслышно соскользнули с борта “Крылатого”, а в следующий миг туман начал с небывалой скоростью рассеиваться.

– Салют капитану Остину! – тихо, но твердо сказал Янис и, вскинув вверх руку с револьвером, выстрелил холостым в чистое безоблачное небо.

– Салют! – так же тихо отозвались десятки голосов, и повсюду на верхней палубе защелкали холостые выстрелы, сливаясь в один залп.

Глава 32. Возвращение

Под ногами, как ни странно, ощущалась твердая палуба. Сходни бесшумно скользнули в сторону, пол качнулся, Остин с трудом удержал равновесие.

– Ну и что дальше? – он огляделся по сторонам, но седого капитана в темно-красной форме Земли Рассвета больше не увидел.

Он вдруг замер на месте, пошатнулся, схватился одной рукой за борт, вполне себе настоящий, не призрачный. Из полумрака, окутывающего палубу, к нему шли люди, один за другим поднимались из ниоткуда и останавливались в нескольких шагах. Среди них встречались знакомые лица, некоторых он помнил живыми, но был уверен, что они умерли, некоторых не знал вовсе. Последними вышли три фигуры, две женские, одна мужская.