Попаданец в Византию. Аланская резня

Страна гибнет, просто гибнет. Не хватает одного удара, чтобы всё это рухнуло...

Старик отмахнулся от мыслей, будто от наваждений. Перекрестился.

- Господи, дай сил, - произнёс он одними губами, и, подняв глаза на меня, добавил: - Благодарю тебя ещё раз за то, что спас мою дочь. Я никогда этого не забуду. Позволь мне проводить тебя до калитки, что выходит на пока ещё безопасную улицу.

- С превеликой радостью,- облегчённо выдохнул я.

Бросив на прощание взгляд на ромейку - та одобрительно улыбнулась и помахала рукой - я последовал за стариком.

Миновав сад, поросший кустами каких-то ягод (не было времени присматриваться), мы вышли к железной калитке. Мощная щеколда закрывала сие творение, кажется, сделанное из сплошных завитков.

- Ну что ж, ещё раз благодарю тебя, - старик пожал мне руку. - Уходи подальше отсюда. Надеюсь, ты спасёшь свою жизнь, как спас жизнь моей дочки. Да хранит тебя Господь наш.

Я кивнул и ответил крепким рукопожатием. Щеколда отъехала в сторону. Шаг, другой - и вот я уже стою на улице.

Всё пространство между оградами домов было заполнено людьми. Вооружёнными людьми. Ромеи похватали дубьё и мечи (последних было намного меньше), кто-то облачился в кольчугу, кто-то надел на себя кафтан потолще. Кто-то решился обойтись крестом на голой шее. Такие шли с дубинами чрезвычайно "многообещающего вида" - в том смысле, что обещали много синяков и шишек бедняге, на плечи которого опустится такая дубинушка.

- Все на бой! Все на бой! - воскликнул шедший впереди наспех сколоченного ополчения ромей.

Я не мог разглядеть его из-за толпы, только плащ увидел - красный. Ага, значит, из офицеров. Неужели кто-то остался из ромеев на службе? Есть ещё герои, не все перевелись!

Командир кричал что-то ещё, но голос его тонул в гуле шедшей на бой толпы. Адрианопольцы не хотели сдавать без боя родной город. Вот только...Человек здесь было от силы пятьдесят, ну шестьдесят. Они одолеют первый разъезд каталонцев, а дальше что? Пятёрка рыцарей с десятком пехотинцев - и весь отряд будет разрезан на ремни.

Но всё равно, так и тянуло присоединиться. Героический бой длиной в две-три минуты, смерть...Только охотники за приключениями шли в "специалисты широкого профиля", но выживали лишь поднабравшиеся ума, возвёдшие инстинкт самосохранения в абсолют. Только Амартол выделялся среди них. Я, то бишь, выделялся. Да-да, скромностью в первую очередь.