Дочь лорда-12. Кровавая Мачеха

И любой смертный может быть уверен лишь в матери, но не в отце. Черные жрецы Ормоса почуяли в тебе нашу кровь. Мертвые Змеи ее чуют - своим вечным голодом. Потому и пропустили тебя в мой давно разрушенный дом.

3

Спящими многие кажутся младше. А принцессу Арабеллу Вальданэ тревожный сон внезапно сделал старше. Несчастная, измученная, еле живая женщина без возраста. Не в каждый привал ей удается вот так забыться – хоть ненадолго.

Только когда она остается совсем без сил. Несмотря на то, что часть пути Евгений ее все-таки нес на руках.

Они выберутся отсюда. Потому что Евгений должен, обязан вывести, вытащить хотя бы эту несчастную девчонку. То ли потому, что это его отец и дядя погубили когда-то ее деда и почти всю прочую родню. Или потому, что она – беззащитная дама, ждет ребенка и нуждается в помощи. А может, потому, что Арабелла - совсем юна сама. Константин бы перечислил всё. И Мария ему бы помогла.

А Юлиана бы вдоволь посмеялась над каждым пунктом… но поняла бы их тоже.

Юли… его единственная сбывшаяся мечта. Даже если Евгений о ней и не мечтал. Даже если в упор много лет не замечал ту, что всегда была рядом. А когда заметил больше прежнего, предпочел увидеть в Юлиане скорее плохое, чем хорошее.

Почему? Ведь и впрямь всё могло сложиться иначе. Проще, легче. Юли ведь права. От скольких опасностей ее спас, защитил бы их брак.

Предложи кто тогда юному Евгению жениться на совсем юной кузине – он бы искренне оскорбился. Но в одиночку ей пришлось много хуже. Посреди этого дворцового гадючника, на семи ядовитых ветрах. Блуждать в смертельно опасной тьме, рискуя самой превратиться во тьму, раствориться в кромешном мраке – как многие другие до нее. Слишком много противоядия превращает в жгучий яд саму твою кровь.

Если нужно, кто мешал Евгению тогда просто подождать Юли – как Софию? Этим бы его глупая совесть успокоилась? Где не надо, так она вдруг поднимает голос.

Юли, Юли… Почему даже сейчас Евгений не может до конца ей поверить? Не сомневаться в ней больше? Даже полностью доверив Юлиане самое важное в своей жизни – дочь.

Арабелла шевельнулась в тревожном сне, зябко поежилась. Евгений дотянулся осторожно поправить, подтянуть ей на исхудавшие плечи отсыревший плащ. Здесь ничего толком не просушить.

И запасных плащей нет. Как и теплых одеял.