Странные дела в деревне Ярилино

— Наши солдаты мрут как мухи, а мы до сих пор ничего не можем сделать.

— Не опускай руки. Рано или поздно мы доберёмся до этих бандитов. Уж поверь, месть наша будет страшна, — заверил Клаус.

— На этой неделе утонула Ютта Вебер. Как думаешь, она сама решила утопиться или её кто-то столкнул.

— Откуда мне знать. Никто не видел, как она пошла к берегу. Но до этого она говорила со мной о том, что слышала голоса девушек.

— Понятно. Может у неё просто поехала крыша, — предположил Клаус. — Чёрт, жарко.

— Я тут вспомнил, что у русских нельзя ругаться бранными словами в бане, — заметил Вебер.

— Хм, почему это?

— Комендант говорил про банного духа.

— Мало ли что говорил Штерн, — произнёс Кифер. — С тех пор, как мы сюда прибыли, он по уши увлёкся такой ерундой. На него не похоже.

В двери постучались. Девчонка лет четырнадцати, Катя, попросила разрешения войти. Её отправили сюда разливать воду по бочкам и тазам, чтобы немцам не приходилось делать это самим.

Пока Катя разливала воду, Кифер изредка поглядывал на неё, на её тельце, которое облепила мокрая рубаха.

Через какое-то время Вальтер вышел из бани, оставив Кифера наедине с девчонкой. Девочке было неловко находиться тут со взрослым мужчиной. Она старалась держаться от него подальше.

Но всё же Клаус подгадал момент и схватил её за руку и, резко притянув к себе, попытался уложить её под себя. Она испуганно на смотрела то на немца, то на открытую каменку печи.

— Не надо бояться, милая девочка, — произнёс Кифер.

Катя заглянула ему за спину.

Клаус громко выругался, позабыв о предупреждениях коменданта.

Как только он открыл глаза, на него напали банные веники. И как бы Кифер не старался от них отмахиваться. Но невидимый противник не отступал. Берёзовые прутья продолжали колотить его, оставляя на теле яркие следы.

За его спиной открылся водогрейный бак. Кипяток выплеснулся прямо на него. Клаус истошно закричал от боли. Он успел увидеть маленького старика в банной шапке и с листочками веника на голом теле. Тот ехидно улыбнулся, а потом скорчил жуткую гримасу и дико закричал на всю баню громче Кифера.

Запуганный и избитый немец, спасаясь, выбежал на улицу. Но и там не было для него надежды.

Вороны, что сидели вокруг на плетне и на деревьях, словно дожидались его.