Тайна лорда Кавендиша

Вечером за ужином лорд Кавендиш сказал:

— Я надеюсь, Маргарет, ты не будешь против, если мы уедем из Лондона до окончания сезона?

— Мы поедем в Нортхилз? — обрадовалась она.

— Нет, в мое поместье в Вестмуре. Помнишь его?

Маргарет помнила, ведь это были ее первые сохранившиеся воспоминания после продолжительной болезни. И она искренне радовалась, что снова вернется в то место, с которого для нее началась новая жизнь.

Глава восьмая, в которой у Маргарет происходит видение

Сейчас

— Что ты делаешь? — спросила Маргарет у Люси, которая раскладывала на кровати голубое платье с набивным рисунком в виде темно-синих роз, лепестки которых переливались, будто настоящие.

— Горничная только что выгладила платье, в котором вы поедете к леди Саммерхилл, — ответила Люси.

— Я не надену это уродское платье, — заявила Маргарет.

— Но, мисс Маргарет, вы же сами утром сказали, что хотите ехать в голубом.

— Я передумала. Я надену желтое, отороченное темно-коричневым кружевом. — Маргарет упрямо задрала подбородок.

После вчерашнего «приключения» с гусеницей она была в противоречивом настроении. Была бы ее воля, она бы не поехала ни на какой званый вечер, пусть бы ее приглашала даже сама королева Виктория.

— Миледи, боюсь, мы не успеем как следует выгладить желтое платье, на нем столько складок…

— А вы успейте, Люси. Иначе я останусь дома, и вам не поздоровится, ни тебе, ни этим горничным-бездельницам.

Люси недовольно поджала губы, склонив голову, и выбежала из спальни мисс Маргарет, чтобы отдать новое распоряжение «нерасторопным» горничным.

«Как все же хорошо живется мисс Маргарет, — размышляла Люси. — А попробовала бы она, как Нэнси или Джейн вставать на заре, начищать камины да каминные решетки, убирать комнаты. А потом спешить в спальни господ, наводить порядок там». Тут же Люси подумала, что и ей, камеристке мисс Маргарет, тоже живется весьма вольготно. Ей не нужно вставать спозаранку и выполнять черную работу. Но уж когда молодая госпожа злилась, то именно ей, ее личной горничной, доставалось больше всех.

Вскоре работа снова закипела. Сразу три горничные принялись разглаживать новое платье из тяжелого шелка, вооружившись дюжиной утюгов. Пока одними гладили, другие нагревались. Между собой девушки переговаривались и недоумевали, почему мисс Маргарет отдала предпочтение желтому, а не голубому. Однако этот цвет был весьма популярен у столичных модниц в нынешнем сезоне.