Круги по воде

Горничная отступила, почтительно присев, и попятилась, держа в руках шкатулку с драгоценностями. Её отпустили движением руки.

Графиня посмотрела на себя в зеркало. Подняла подбородок, расправляя плечи, и легко поднялась из кресла. Неторопливо прошла через маленькую комнатку и вышла в приёмную. Милостиво кивнула склонившимся в поклоне мужчинам. Подошла к высокому, обитому дорогой тканью креслу с ножками в виде львиных лап, села, расправив юбки, и положила руки на подлокотники. Люди, ожидавшие её в этой комнате, молча наблюдали привычный ритуал, неизменный и казавшийся уже незыблемым.

— Прошу вас, господин д'Боне.

Худой, высокий мужчина средних лет приблизился и остановился перед креслом. Почтительно склонив голову, выпрямился и проговорил негромким, невыразительным голосом, глядя в глаза графини:

— Противник вывел пушки на позиции, ваше сиятельство. Судя по всему, у них всё готово для артиллерийского обстрела.

Графиня перевела взгляд:

— Господин Винсен.

Невысокий, плотного сложения человек в добротном камзоле, украшенном серебряной цепью, пересекавшей выпуклый живот и увешанной медальонами, тоже приблизился к креслу, и встал рядом с д'Боне.

— Мы располагаем достаточным арсеналом, чтобы отражать атаки в течение длительного времени, ваше сиятельство, - господин Винсен говорил деловым тоном. Можно было подумать, что он обсуждает цены на зерно. — Погреба полны продовольствием. Воды хватит, чтобы продержаться до следующего года.

— Капитан Орсо.

— У нас хватает людей, — отрывисто произнёс капитан.

Его худое, загорелое лицо, перечерченное старыми шрамами, повернулось к графине. Прямые, тронутые сединой брови почти закрыли пронзительные серые глаза. — Я никогда не прерывал военных учений. У меня самый последний новобранец может дать фору солдатам армии любого господина.

— Я знаю это, капитан Орсо, — графиня слегка улыбнулась старому воину. — Прошу вас высказать своё мнение о действиях противника. Каков ваш прогноз?

Бывалый солдат повёл плечами. Он служил ещё старому графу, и никогда не скрывал ни своих мыслей, ни намерений.

«Когда господа поймут, что не нуждаются во мне, а я в них, моя служба будет окончена, — говорил он. — Не раньше».

— Если бы меня спросили неделю назад, каковы наши дела, я бы сказал, что мы с большой вероятностью проторчим здесь до весны. Я ошибся. У этого слюнтяя герцога Анри оказались резвые военачальники. Не знаю, кто придумал эту рисковую штуку, но он поставил нас в недурную позицию.