Круги по воде

— Благодарю. Делаем, что можем.

— Наш общий друг Жорж жаловался на вас. Он считает, что вы его обошли. Когда его ребята добрались до этих стен, их уже не подпустили.

Барон Эверт хмыкнул. Обвёл взглядом занятые позиции:

— Кто успел, тот и съел, не так ли?

— Поделитесь секретом, как вам это удалось.

— Ничего особенного, ваше сиятельство. Главное — не отвлекаться на пустяки.

— Например, на грабежи и местных девиц?

Барон вздохнул. Сказал с досадой:

— Если бы я мог отменить некоторые явления, неизбежные, как дождь или град, я посчитал бы себя невероятным существом.

Нет, господин граф, чтобы получить преимущество, иногда достаточно просто навести дисциплину. К тому же мои парни не поняли бы меня, запрети я им осуществить их права. Я просто ввёл их в некоторые рамки.

— Я слышал, вы были весьма суровы в наведении этих рамок.

— Слухи. Правильно применённый кнут делает ещё слаще пряник.

— Вы будете сегодня у герцога? - спросил граф.

Барон Эверт помолчал, глядя на поднимающееся солнце.

Улыбнулся графу Эдгару:

— Всё, что мог, я уже доложил его высочеству накануне. Наш дорогой герцогАнри имеет не слишком много свободного времени для докладов. Надеюсь, он вас примет ещё до того, как стемнеет.

Эдгар тоже посмотрел на солнце. Косясь на собеседника, сказал негромко:

— Простите, что вмешиваюсь, барон. Хочу лишь высказать своё мнение о поступке герцога Анри. Я считаю, он поступил не слишком достойно, отобрав у вас женщину. Я понимаю, что теперь вы не рвётесь его видеть.

Тем более в его палатке.

— Этот вопрос не обсуждается, граф. Но я ценю ваше мнение.

***

— Сегодня я хочу быть в жемчуге, Эжени, — сказал графиня Амелия, глядя на горничную в зеркало. Графиня сидела в своём любимом кресле, положив ещё изящные, сухощавые руки на подлокотники и гордо выпрямив спину. Она никогда не позволяла себе прислоняться к спинке кресла, как бы ни была утомлена.

Графиня встала, как всегда, с рассветом. Беспокойная ночь почти не отразилась на её лице, застывшем в выражении печальной решимости.

С прошлой осени, когда умер её муж, улыбка уже не появлялась в глазах Амелии.

Горничная закончила причёску, прикрыв голову хозяйки вдовьим убором и прикрепив нитку жемчуга, оттенявшую чёрные, лишь слегка тронутые сединой волосы. Округлые жемчужины, уложенные среди густых прядей и переливающиеся неярким блеском, посредине нитки оттягивались одной бриллиантовой бусиной, посверкивающей слезинкой над сухими, тёмными глазами графини Амелии.