Её тёмный секрет

Ты все сделала правильно и спасла свой народ.

– Но я потеряла его, – выла Ниррен, жадно ловя недостающий воздух. – Я предала его... Убила!

Отец вцепился в плечи дочери и сжал их так, что под кожей заныло.

– Ниррен, очнись же! Он уже не был Арденом, которого ты любила. То, во что его превращала тьма, нельзя назвать человеком. Он воплощение зла, которое должно было изничтожить, пока не поздно!

– Лучше бы я сама умерла.

Каждое слово Нандира Ниррен пропускала мимо ушей. Каждый оброненный им звук был для нее не более чем звон в ушах, писк надоедливого комара, надрывающегося над пульсирующей жилкой на шее.

Она не могла ему более внимать. Не могла смотреть ему в глаза. Ниррен внезапно ощутила себя обездоленной сиротой, хотя Нандир был живее всех живых. Но когда последний крик Ардена отзвучал, отец для нее навеки умер.

Нандир, однако, не сдавался и продолжал верить в собственную правоту. Он верил, что слезы дочери вскоре высохнут, а горе ее утихнет за скорым брачным обрядом, которого ей уж никак не избежать.

Но Ниррен знала, что этой ночи она не забудет и не простит ему никогда. Не простит, что стала соучастницей страшного злодеяния, втянутая в него обманным путем.

– Этот кинжал нужно сберечь, дочь моя, – сказал отец, протирая рукавом плаща окровавленное лезвие. – Мы не знаем, как далеко простираются силы Ардена. Альвейн допускает, что он еще может выбраться из заточения, и если это произойдет, мы должны быть готовы снова дать ему отпор.

Слова о возможном возвращении Ардена заставили Ниррен замолчать. Она во все глаза вытаращилась на старейшину, а затем вырвала кинжал у него из рук. Затем молча поднялась с колен и двинулась в сторону поселения, хотя ноги ее едва держали.

Отец поднялся следом и крикнул вослед:

– Ниррен, куда ты?

Дочь безмолвствовала и упрямо прокладывала себе дорогу через чащу. Нандир нагнал дочь и обеспокоенно добавил:

– Ты должна сохранить его, слышишь? Во имя наших потомков! Ради благополучия твоих с Хадригейном будущих дочерей и сыновей.

..

– Никаких детей у нас не будет, – отрезала Ниррен и отодвинула от себя ветвь. Та отпружинила и едва не хлестнула идущего позади Нандира, но тот успел увернуться.

– Что значит «не будет?»

– То и значит, отец, – отвечала она. – Я не стану женой Хадригейна. Не буду исполнять твою волю, ибо в помыслах твоих – корысть, а в словах твоих – яд.

Сказав это, девушка опрометью бросилась вперед.