Её тёмный секрет

Арден шел следом за наставником, стараясь не глядеть лишний раз по сторонам, но его внимание привлек блеск бронзовых серег на солнце, вдруг сверкнувший перед глазами – то шла им навстречу дочь старейшины с большой бадьей воды в руке. Девушка прошла совсем близко, даже преступно близко, и едва заметно тронула мизинцем его ладонь. Арден ответил тем же и заговорщицки улыбнулся, когда они разошлись в разные стороны. Неизвестно, сколько глаз успели заметить их безобидную, но отнюдь не невинную игру, но Ардену было все равно.

Пускай хоть весь свет восстанет против них, а свою Ниррен он не отпустит. Ведь она была для него всем: небом и землей, солнцем и луною, озаряя его жизнь своим сиянием.

Ниррен была хороша собою. Она влекла к себе, как огонь влечет замерзшего путника, как свет влечет мотылька или манят птицу небеса. Жгучие карие глаза ее пленяли сердце Ардена с каждым днем все больше. А если в какой праздник Ниррен пела вместе с девами из общины, голос ее пробирался ему под кожу, понуждая замирать в сладкой истоме.

Он подарил ей сердце еще мальцом, совершенно околдованный дочерью старейшины. И не было для него большего счастья, чем когда Ниррен отдала ему свое сердце взамен.

Но, как единственная и любимая дочь старейшины Нандира, она была оберегаема и недоступна для него, презренного чужака. Арден знал, как сильно невзлюбил его Нандир, как только заметил, что его дочь оказывает знаки внимания безродному юнцу.

Но Ниррен игнорировала родительские предостережения. Они встречались с Арденом под ликом Луны-матери, в тайне от отца и соплеменников, и серебристая богиня укрывала их союз своим молчанием.

Древесные сени служили им укромным местом, где они могли любить друг друга, не боясь отеческого гнева.

Вспоминая о последней их встрече, Арден только пуще расплылся в самодовольной ухмылке. Да, он сознавал, что Нандир никогда не одобрит их союза, и, тем паче, – брака. С тем же успехом старейшина мог выдать дочь за дворового пса. Но никто не отнимет у него тех жарких прикосновений, что Ниррен дарила ему тайком.

Пока у них есть это, никакой суровый взгляд Нандира его не смутит.

Не удержавшись, Арден обернулся, желая еще раз взглянуть на удаляющуюся Ниррен, но, к своему огорчению, увидел, как к ней подошел светловолосый мужчина и, забрав бадью, последовал с ней до дома.

Хадригейн.

От одного этого имени у Ардена сводило скулы, а в груди закипала ревность. Верный воин Нандира был и стражем Ниррен, и, по совместительству, ее же возможным женихом.