Кровавый цвет вина

Мое присутствие здесь – опасное безрассудство, и лишь тебе решать, уйти мне или остаться.

Я хотела что-то сказать, но споткнулась даже не на полуслове – на полузвуке. В ушах стучало сердце. Он не дождался от меня ответа, кивнул сам себе и развернулся, чтобы открыть окно, но я вцепилась в его руку.

- НЕТ! - даже шепотом это прозвучало излишне эмоционально. Я отступила на шаг назад, - Я не позволю тебе снова лезть туда. Там мокро… и холодно… ты устал… а я… я не хочу, чтобы потом меня судили за то, что я своей преступной глупостью допустила гибель принца, вот что! - я была ужасно горда, что отыскала такое славное оправдание.

Он, хитрец, только на это и рассчитывал – не удержался от короткой ухмылки.

- Тогда, может быть, ты позволишь мне вымыть руки и немного обсохнуть?

- Конечно.

Ему не надо было повторять дважды. Фред скинул с себя сапоги и бросил их тут же, у окна, чтобы не топтать. Тяжелую от воды шинель он по-хозяйски надел на спинку стула и придвинул к печке.

Он действовал тихо и ловко, самостоятельно, не как аристократ, привыкший, чтобы ему прислуживали.

- И китель тоже снимай. У тебя вся спина мокрая, - зачем-то сказала я.

Фред снова бросил в меня коротким блестящим взглядом, будто уточняя, в самом ли деле я этого хочу, и послушно принялся расстегивать серебряные пуговицы. Холодные израненные пальцы плохо его слушались. С трудом справившись с воротом, он зашипел и встряхнул рукой.

- Проклятье! Что за враг народа все здесь строил!? За что не схватись: то гвоздь торчит, то зазубрина какая!

- Позволь мне.

Фред тут же позабыл свое раздражение и опустил руки. Я подошла к нему совсем близко и расстегнула пару пуговиц на груди. Моих пальцев коснулось таящееся под плотной сырой тканью тепло разгоряченного тела. У себя на лбу я чувствовала его трепещущее дыхание и не решалась поднять глаз. Мне было до одури страшно, но в голове не мелькнуло и тени мысли об отступлении.

Я была уверена, что, если пойду на попятную и покажу ему, как боюсь, он глупо пошутит, переменит тему, и вся эта магия рассеется. И я продолжала: расстегнула последнюю пуговицу и столкнула китель с его широких плеч. Китель упал, звякнув пуговицами об пол.

Фред мягко поймал мою руку.

- Испачкалась, - заметил он.

- Габри наверняка оставила немного воды. Тебе нужно промыть царапины, - я потянула его за собой в умывальню.