Игра Герцога

Как глаза могут быть… такими? Может быть, так проявилась какая-то болезнь?

– Вы что там, двери не закрыли! – прокричал слугам барин, и те метнулись проверять, хотя оставить открытым парадный вход они и в страшном сне не могли допустить.

«Почему же тогда так холодом несёт? Будто от него!» – вновь посмотрев на гостя, по спине невольно пробежали мурашки. Еремей Силуанович не мог припомнить, чтобы подобное хоть раз испытывал раньше. Гнев – сколько угодно, но только не страх. Не раз он охотился в своих владениях, в том числе и на зверей крупных и опасных.

– Позвольте представить вам моих спутников, – прокряхтел Гвилум. – Великий герцог, хозяин и повелитель стихий, времени, господин добра и справедливости! – отчеканил он. – И наша обворожительная, прекрасная спутница – жрица судьбы Джофранка!

Еремей Силуанович протянул руку, но та осталась пустой:

– Простите, у вас столь необычные и высокие титулы, но я так и не услышал вашего имени.

– Вы можете обращаться к господину просто – великий герцог! – вспорхнул руками, будто крыльями, Гвилум. И добавил. – Если произнести вслух имя мессира, то можно, кхм, сойти с ума.

– Сойти с ума? – удивился барин.

– Да, знаете ли, такие случаи в истории человечества уже не раз случались. Император Юстин Второй, король Франции Карл, прозванный впоследствии Безумным, Эрих Четырнадцатый Шведский, император Австрии Фердинанд, король Пруссии Фридрих Вильгельм, и даже… даже великий государь Иван Васильевич, когда имел честь получить представление об имени господина великого герцога.

– Надеюсь, мы весело проведём время! Нет-нет, не надо! – ответила высоким голосом Джофранка, когда один из слуг предложил принять у неё шубу. – Простите даме маленький каприз – остаться на этот вечер в мехах.

– Тем более, – впервые подал голос чёрный герцог. – Нам очень скоро нужно отправиться с вами на… прогулку.

– В столь поздний час? – удивился барин.

– Смею заверить, вы будете сиять от счастья, когда узнаете, в какое не столь отдалённое место мессир имеет желание совершить с вами, как выражаются французы, вояж, – сказал Гвилум.

– Уверен, вы не откажитесь, любезный Еремей Силуанович, – добавил герцог.