Песня для тумана

Придётся использовать по назначению, раз уж так сложилось.

– Я… я его верну, – Ульв прерывисто дышал и ощутимо покачивался.

– Куда вернёшь? – Мэб преувеличенно тяжело вздохнула и склонила голову на плечо Барда. – Время-то у нас по-другому идёт. Выпихнешь красавчика из холма, а он прахом рассыплется? Нет, он мне для этого слишком понравился.

– Верну в к-когда и откуда взял, – Ульв пытался сохранить равновесие: от бешеной пляски деревьев, неба и листвы его мутило.

– И как же ты это сделаешь, милый? – Барду безумно нравилось, когда она вот так насмешливо изгибала бровь.

– Не знаю, – честно ответил он, потому что на хитроумные иносказания не осталось сил. – Но я даю тебе слово.

– Ну что же, – Мэб невозмутимо слизнула капельки крови из царапины, оставленной её же ногтями. – Это действительно может быть интересно. Ведь прежде никто подобного не делал. Мы сами выходили в мир, шалили, или оставляли подменышей, но чтобы так…

Она прошла почти до границы леса, обернулась и произнесла совершенно изменившимся тоном: без издёвки, зато с оттенком угрозы.

– У тебя есть две луны, бард. Или выполняй, что обещал, или я не желаю тебя больше видеть.

Ульв кивнул и дождался, пока королева исчезнет из виду. А потом, наконец, позволил себе рухнуть на траву.

***

Викинг был опытным гребцом, а необычная лодка казалась воплощением Пёрышка: лёгкая, изящная, она серной бросалась вперёд от легчайшего прикосновения весла к воде.

К берегу пристали, когда уже совсем стемнело. Эрик опасался местных жителей, которым мог запомниться рыжий предводитель прошлогоднего набега. Его люди даже не пытались перебить всех: добыча куда важнее. Тех, кто убегал и прятался, не преследовали.

Сначала Эрик хотел править прямо в Исландию – подальше от острова королевы Мэб, благо в лодке оказалось и вяленое мясо, и овощи, и бочка со свежей водой. Но была одна загвоздка: Эрик воин, а не штурман. Направление на родной фюльк он представлял себе очень приблизительно, да и коварные морские течения – серьёзная угроза: хорошо, если просто задержат в пути, а ну как и вовсе перевернут утлую лодчонку?

Эрик вздохнул.

А Пёрышко расплакалась.

– Что такое? – её спутник отвлёкся от малоприятных размышлений.