Песня для тумана

Изменился тот, кто на него смотрел.

Вместо юного ши, едва не терявшего сознание от восхищения в присутствии отца, перед Мером стоял ярл-викинг, внимательный, собранный и готовый грудью встретить любую опасность, дать ей подножку и переломить хребет. Мужчина в кожаных штанах, дублёных сапогах и шерстяном плаще разительно отличался от подобострастного юноши, разодетого в пух и прах по моде высших ши, хотя и был с этим юношей на одно лицо.

– Ты повзрослел, – сказал Мер и вышел из-за куста лещины.

– Овдоветь успел.

– Сочувствую, – без тени сожаления в голосе произнёс ши. – Впрочем, после выходки Ульва сочетаться браком с кем-то из условно бессмертных тебе было бы проблематично.

Альвгейр погладил золотистые колечки бороды – гордости ярла – отмечая осведомлённость отца о причинах возникновения границы, так жёстко разделившей мир и его Изнанку.

– Ульв за свою выходку здорово заплатил. Мне – в том числе.

– Рад видеть, что вы, наконец, подружились, – светская улыбка высокородного ши, приправленная едва различимой перчинкой сарказма, обдала Альвгейра горячей волной ностальгического восторга. Воспоминания детства накрыли с головой.

– Я его ненавижу, – любезно сообщил викинг. 

– Когда водишь дружбу с цвергами, это обычное дело, – подмигнул Мер, сделавшись похожим на озорного мальчишку.

– Ульв редкий гад, без чести и совести, разбивший, к тому же, сердце моей дочери.

– Бывает, – ши со скучающим видом отправил ядрышко ореха в рот, всем своим видом давая понять, что и теперь не расположен выслушивать, как его сын ябедничает.

– А ещё он спас мне жизнь. Не один раз. И… просто был рядом. Всё это время. «С тех пор, как ты бросил меня на произвол судьбы» – уже мысленно добавил Альвгейр.

Мер снова улыбнулся. На этот раз загадочно.

– Цверги такие странные, не так ли?

***

Истекающий кровью Альвгейр упрямо полз через поле. Полз, во-первых, потому что стоять уже не мог – голова кружилась, а во-вторых, надеялся, что нежная поросль озимого ячменя хоть с какой-то стороны прикроет «дичь» от преследователей. 

Кровь ши позволяла отбить у собак охоту бежать по следу.