Песня для тумана

– Знаю, – Ульв на неё не смотрел. На бледном, чуть зеленоватом лице, отчётливо проступили заострившиеся скулы. Почувствовав, что девушка больше не вырывается, он убрал руки.

Волшебство угасло. Больше не было колдовских огней, пруд казался самым обыкновенным, даже туман куда-то отступил.

– Пойдём домой? – робко спросила Сигрид и сама взяла мужа за руку.

Ульв кивнул и молча двинулся вперёд.

***

Болли едва поспевал за хозяином. Как вихрь, как ураган мчался Эрик за неверным видением, мелькающим в тумане.

– Сигрид! – он выталкивал крик через саднящее горло. – Сигрид! – хрипел, сплёвывая кровь. – Сигрид… – бессильно шептал потрескавшимися губами.

Туман исчез. Как не бывало. А Эрик стоял у подножья высоченного дуба. Старого, морщинистого, в три обхвата. Обессиленный, потерянный… 

К стволу дерева небрежно прислонилась женщина. Стройное тело, красивое лицо, вот только уши… заострённые, без мочек. И рога на голове. Один рог. Второй обломан почти у основания.

– Место узнаёшь? Священное дерево Кромма.

Болли зарычал.

– Ты… – только и смог прохрипеть Эрик, все силы которого сейчас уходили на то, чтобы удержаться на ногах. Сладкий запах клевера кружил голову, туманил взгляд. – Это всё ты…

– Это всё Бард, – Альва рассмеялась. Точь-в-точь, как тогда, над трупами викингов. – Великий Лжец послал тебя на смерть, рыжий. И поделом.

– Зато я… – Эрик слегка покачнулся, но рука опёрлась о высокую холку пса, и викинг встал ровнее. – Зато я вернул обратно туман… королевы Мэб.

Альва сделала два танцующих шага вперёд. Трава под её ступнями не пригибалась. Болли угрожающе оскалился. Она на собаку даже не взглянула – разглядывала Эрика.

– Это марево Кенн Круаха, Скрытого Туманом. Тот, кто тебя сюда отправил, был его жрецом, Великим Бардом. 

Викинг заскрипел зубами. Ублюдочный карлик! Чувствовал, что с ним что-то нечисто. Интересно, Альвгейр знал?

– Всё равно, – язык заплетался, Эрик попытался боднуть подошедшую совсем близко альву. – Он поклялся, что Сигрид… не умрёт.

Волшебное существо так запрокинуло голову, что уцелевшим рогом кольнуло себя между лопаток. И расхохоталось. Звучало жутко. Даже Болли растерял свой пыл и скалиться перестал: напряжённо замер.

– Великий Бард обещал своему богу, что королева Мэб склонится перед ним. И она склонилась, да. Над тем, что от Круаха, известного людям, как Кромм Дуб, осталось. После того, как его убил собственный жрец.