Смутьяны. Том II

Мы используем десятки ритмов, несколько одновременно, мы меняем их на ходу, заставляем противника следовать одним, а затем обрываем его новым ритмом. Это и есть Танец. Только мелодия в нем — стук шагов и звон стали.

— Понимаю.

— Едва ли. Твои навыки позволили освоить практику и приемы, но не саму суть. Тебе необходимо впитать эти ритмы, начать мыслить и действовать, следуя им, не сбиваясь ни на ноту. Тогда ты поймешь, как сражаются альвы.

— И как мне это сделать?

— Годы тренировок, бесконечной практики и оттачивания мастерства.

.. Или один быстрый и весьма болезненный метод. Да, болезненный. В другие времена его применение легло бы позором на решившегося схитрить бойца. Но сейчас...

— Мне кажется, тут не из чего выбирать. У меня нет времени, скоро весна и перевалы вновь откроются. Враг снова пойдет в атаку.

— Ты прав. Мир меняется и традиции становятся обузой. Я объясню, что собираюсь сделать. Альвские ритмы будут встроены в твою голову насильно. Чарами. Ты будешь чувствовать их каждое мгновение, словно десяток барабанов, бьющих в самих твоих мыслях.

Ты лишишься сна, первые дни даже обычная ходьба будет даваться тебе с трудом, а головная боль станет обыденностью.

— Звучит... плохо, но не так уж жутко.

Альберад усмехнулся.

— Когда просто говоришь об этом, конечно. Но вот почувствовать на себе... Знаешь, у альвов никогда не было смертной казни. Мы лишали преступника ритмов, и в хаосе обычного мира он сходил с ума. Для тебя это будет обратным процессом, пусть и не таким жестким.

Нахмуренные брови выдали сомнения Игоря.

Альберад терпеливо ждал его решения, взяв свои ятаганы в одну руку. Дружинник медлил недолго. Он шумно выдохнул и решительно кивнул альву.

— Сделай это.

Альберад оставил ятаганы на стойке для оружия. Он подошел к Игорю, ладонью коснулся своего лба, а затем протянул руку. Назвать это ударом было бы неправильно. Открытая ладонь Альберада обрушила на Игоря настоящую какофонию образов. Этот поток ассоциировался у него с беспокойной толпой или сумятицей битвы, но объяснить происходящее в голове словами он не мог.

— Говорил же.

— Ладно, верю, это и правда... неприятно.

— Подожди месяц-другой и это станет невыносимым.

— Успокоил.

— Теперь тебе нужно достичь единения. Оно придет со временем. На сегодня мы с тобой закончили. [ЕЧ1]

Игорь направился к выходу из комнаты. Разноголосица в голове сбивала даже равновесие, ноги так и норовили подвернуться, а стены дворца покачивались из стороны в сторону. Но он сумел устоять.