У бездны на краю

Двигаясь вдоль берега Дордони – кто на телеге, кто трусцой – вскоре вышли к тому узкому месту, о котором говорил горожанин в чепце. Длинный лесистый остров расщепил реку надвое: у противоположного берега, похоже, было совсем неглубоко, у этого – поглубже. Спросили у лодочника, не переправлялись ли недавно трое крестьян с девушкой. Улыбчивый паренек охотно подтвердил: «Ага, только что перевез их – родственники ваши?» Арно, кивнув головой, спросил, есть ли поблизости брод. «Здесь нет, только если выше по реке, за Кастийоном», ответил лодочник.

Решили на время оставить телегу ему, чтобы посторожил до их возвращения. Тот охотно согласился – лишнее денье всегда пригодится.

Не умевшие плавать Мартен и Керре прыгнули в лодку. Аррамон поплыл с Милкой, придерживая ее за уздцы. Тут же за ним, держа в левой руке свою генетту, ловкими гребками заскользил Рослав. Бидо, подняв над головой мешки с едой, попробовал перейти речку по дну. Его роста почти хватило, только на середине пути пришлось уйти под воду с головой.

Арно не смог сдержать улыбки, видя, как два кожаных мешка медленно скользят по водной ряби.

Чистая прохладная вода приятно остужала разгоряченное бегом тело. «Ну вот, заодно и помылись», подумал Арно. «А течение здесь неслабое, хорошо сносит».

Мелководный проток за островом преодолели быстро. В Сивраке снова спросили про трех розанцев и девушку. Сидевший на бревнышке старичок, прикрываясь ладошкой от яркого солнца, молча махнул рукой на юг, в сторону каштановых зарослей, шумевших на ветру в паре сотен шагов, за околицей.

- Мой драгоценный Гастон, вот скажи ты мне, - недовольно пробурчал Арно, широким шагом двигаясь по лесной дороге во главе своей ватажки, - почему после твоих амурных похождений вечно случается какая-нибудь досада? То парижские скорняки тебя побьют, то сам ты посуды наколотишь на целый су; теперь вот меч подарил жакам сиволапым. Отчего так?

- А оттого, - не то смущаясь, не то хвастаясь, ответил Гастон, – что удача мне благоволит в любовных делах.

А где удача – там и завистники. Да и вообще: трахаться никогда не было запрещено, для того и была расщеплена п**да*.

* Цитата из «Романа о Лисе».

- А дальше? – усмехнулся Арно. – Или ты только это запомнил?

- Дальше что-то про твердый член было... – силясь вспомнить, наморщил лоб Гастон. – Ах да: если видите рядом ничейную п**ду, трахните ее и будете прощены. Так?

- Ну почти, - засмеялся Арно. – Только чуть более изящным слогом.