У бездны на краю

Если бы ты внимательно читал декреталию Его Святейшества Бонифация «Побитого», то знал бы это. Хотя, с другой стороны, где бы ты мог ее читать?

- А ты будто читал?

- И я не читал. Но аббат де Сермет – читал, когда был в Авиньоне. А не верить ему у меня оснований нет.

- И что же там, в той декреталии?

- Там сказано лишь о том, что нельзя погребать останки в разных местах. Чтобы Господу в День Гнева не пришлось гадать, какая нога к какому тулову относится.

- А как же гробокопательство и похищение трупов? Разве это не преступление?

- Преступление.

- Но ведь вам нужен был конкретный покойник, с черными шишками? Значит, вы сказали им, кого именно выкапывать?

- Да хоть бы и сказали – что с того? Или ты побежишь сейчас к Адемару свидетельствовать против аббата?

- Зачем ты так? – оскорбился Ивар. - Я всего лишь хочу понять, кто передо мной.

- Такой же человек, как и ты.

- А как Гиллен узнал про поджог?

- Догадался. По запаху и прочему. Было очевидно, что некоторым из братьев зело подпекало посмотреть, что там скрывается, в аббатском пристрое.

- И поэтому сбежал?

- И поэтому тоже.

- А зачем вы отрезали палец?

- Палец? Какой палец? – удивился Дамиан.

- В той комнатушке с шандалом - монахи нашли там мертвый распухший палец.

- Не знаю, ерунда какая-то. Не отрезали мы никаких пальцев.

- А канат зачем? Там был еще толстый канат, подвешенный к потолочному крюку. И пыточные инструменты.

- Не пыточные, а испытательные. А канат... – неожиданно рассмеялся Дамиан, нервно, дробно, словно рассыпал по полу сухой горох. – Ты никогда не задавал себе вопроса, почему ваш отец настоятель почти всегда ходит в бархатных перчатках?

- Задавал, - кивнул головой Ивар. – Признаться, думал даже, что он прячет под ними кожную болезнь или проказу.

- Все проще. У него загрубелые мозоли на руках.

- Мозоли? Но откуда? Он же не машет мотыгой, как взмыленный виллан.

- Не машет. Зато любит карабкаться по канату.

- Ты шутишь?!

- Ничуть. Мессир де Сермет услышал где-то, что в целях долгожития каждый день следует натруживать мышцы с жилами – и не придумал ничего лучше, как взбираться вверх по канату. Кажется, папский хирург Ги де Шолиак посоветовал ему такое чудачество.